Книга Миг счастья ускользающий, страница 107 – Татьяна Бочарова

Денис помотал головой.

— Дай… рубашку. Или лучше… сама возьми… в кармане.

Лена метнулась к покрывалу, на котором аккуратной стопкой были сложены их вещи. Вытащила рубашку, пошарила в кармане. Пальцы ее нащупали продолговатую металлическую коробочку. Она схватила ее, вернулась обратно, туда, где на траве лежал Денис.

— Эта?

Он кивнул.

Лена сняла пластмассовую крышечку и ощутила резкий запах мяты. Почти так же пахла жвачка или примерно так же. Она почувствовала, как подступает к горлу дурнота, и, борясь с нею, высыпала в ладонь горсть желтых овальных пилюль.

— Сколько?

— Одну.

Лена положила таблетку ему в рот.

— Как они называются?

— Ты все равно не запомнишь. Название китайское, язык сломаешь.

— Поможет?

— Должно.

— Один раз уже помогло, – вырвалось у нее само собой.

Денис взглянул на нее вопросительно.

— В электричке, – сказала Лена и медленно высыпала таблетки назад, в капсулу.

Он молчал. Лицо его постепенно теряло мертвенную бледность, губы побелели, потом стали розовыми. Лена принесла его вещи.

— Одевайся потихоньку. Тебе нужно согреться.

У самой у нее зуб на зуб не попадал, хотя солнце стояло в самом зените, и в воздухе было градусов тридцать.

Денис осторожно выпрямился и стал натягивать рубашку, а за ней джинсы. Вид у него был неловкий и растерянный. На Лену он старался не смотреть.

Она сидела рядом на корточках, обхватив руками мокрые плечи. Ее атаковали воспоминания, яркие, будто грозовые всполохи. Теперь она все понимала, с самого начала и до конца.

— Ты почему не сказал, что у тебя с сердцем?

— Я говорил, – произнес Денис глухо.

— Кому?! – Лена заглянула ему в лицо. – Той женщине, у которой просил денег на билет. М н е ты ничего не говорил.

— Говорил, – повторил он настойчивей. – О том, что мне нельзя большую нагрузку. Ты не верила.

Она как раз об этом вспоминала. И еще о том, как он стойко отказывался от кофе и сигарет, вылил ей в рюмку свой виски, переместил ее голову с левого плеча, сказав «так удобнее», мгновенно отреагировал на подобный приступ у Семена Ильича.

Надо быть полностью слепой, чтобы ничего не понять!

— Ты поэтому не стал кататься на карусели?

— Да.

— Тебе… давно уже плохо? Несколько дней?

— Угу.

Вот что с ним происходило – а она думала, он издевается над ней. Лена ласково погладила его по руке.

— У тебя это с детства, да, Ден?

— Нет, Ленка, не с детства. В детстве я был очень здоровым. Как бык. – Денис искоса глянул на нее и натянуто улыбнулся.

— А что тогда стряслось?

— Это долгая история. Предпочитаю ее никому не рассказывать.

— Даже мне? – Лена прижалась к его плечу.

Он заколебался. Она видела, что он мучается, не может решиться. Ей захотелось его успокоить, оградить от волнений и переживаний.

— Не хочешь – не говори, я не обижусь.

Денис кивнул. Повисла долгая пауза.

Откуда-то прилетела яркая оранжевая бабочка с черными узорами на крыльях. Закружилась в воздухе прямо перед их лицами. Лена отчетливо видела ее рожки и мохнатое, толстое тельце бывшей гусеницы.

Денис прицелился и ловко поймал бабочку в сложенные куполом ладони. Потом приоткрыл одну из них.

— Смотри, махаон.

— Отпусти ее, – попросила Лена.

Он послушно разжал пальцы. Бабочка упорхнула в прозрачную синеву. Лена завороженно смотрела ей вслед.

— Ленка, ты все спрашивала, кто я да что, откуда умею жонглировать и так далее, – неожиданно произнес Денис нарочито равнодушным, обыденным тоном.