Книга Пианистка, страница 150 – Татьяна Бочарова

— Нормально жил. Имел любимую работу, семью.

— И как у него было с женой?

— Обыкновенно. Как у всех, – почти с ненавистью сказала Карина.

— Но он ведь не любил ее.

— Откуда вы взяли? – резко спросила она. – Он вам писал об этом?

— Нет. Прямо не писал. Но я чувствовала… между строк. Вы… не сердитесь на меня. – Женщина встала, прошлась по комнате взад-вперед и снова остановилась перед Кариной, – Я… – она вдруг приложила руки к груди, – должна с кем-нибудь поговорить, иначе… сердце лопнет. Трое суток без сна, визу выбила с трудом, до конца не надеялась, что успею, смогу его повидать. Собственно… и видать-то нечего. – Инна тревожно глянула на Карину сухими, пронзительно-светлыми глазами, и та поняла, что кажущаяся бесчувственность на самом деле просто шок.

— Я не сержусь, – негромко проговорила она и прибавила: – Олег любил Лелю. По-своему, может быть, не отдавая себе в этом отчета, упорно убеждая ее и себя в обратном.

— Это на него похоже. – Инна улыбнулась с грустью. – Он всегда пытался казаться хуже. С самой юности.

За ним ведь девочки стали бегать, когда ему пятнадцать исполнилось. Другому бы нравилось, а он говорил, что терпеть не может их ухаживаний. Однажды одноклассница написала ему любовное письмо, а Олег его выбросил в помойку.

Отец нашел и закатил скандал: мол, что это за свинство, ему признаются в чувствах, а он, даже не прочитав, выкидывает послание в мусор. Характер у отца был суровый, на мне это не так сказывалось, я ведь ему не родная, а на Олеге – в полной мере.

Но и тот не промах, кровь-то одна. Вот и спорили весь вечер, у нас с матерью даже голова разболелась.

А ночью я встала, воды попить, прихожу на кухню – там Олег сидит. Строчит что-то на листочке и рукой прикрывает. Смотрю, рядом девчонкино письмо лежит, аккуратно разглаженное по всем замятинам. Тут я и сообразила, что он ответ ей сочиняет. Ночью, чтоб никто не увидел. – Инна села обратно в кресло. Видно было, что ей очень худо, хоть она стремится это скрыть.

Злость на нее полностью прошла. Осталось только сострадание и чувство единения в горе, которое постигло их обеих.

На мгновение ею овладело искушение рассказать сестре Олега обо всем: их любви, тайных встречах, о том, как они вместе играли концерты и мучились своим предательством по отношению к Леле.

В следующую минуту Карина подавила это желание. Никто не должен знать. Даже эта женщина, которая, несмотря на внешнее спокойствие, переживает отчаяние, ужас и безграничную боль.

— Спасибо. – Инне удалось немного расслабиться, лицо ее сделалось мягче. – Утром у меня самолет. Вырваться удалось лишь на день. Если бы не встретила здесь вас, не знаю, с какой душой бы улетала. Так хоть с кем-то поговорила о нем, все капельку легче.

Они сидели до самого рассвета, и Инна все рассказывала об Олеге, о его детстве, школьных годах, юности.

Карина слушала, пыталась представить себе его таким, каким описывала сейчас сестра, и не могла.

Утром Инна уехала в аэропорт. Вечером того же дня улетел домой Олегов отец.

Квартиру на пятом этаже опечатали и закрыли.

Через день после похорон Олега Карине позвонил Веркин муж, Сергей, и сообщил, что она родила второго мальчика. Карина поздравила его и сказала, что приедет попозже – видеть подругу и малыша она была сейчас не в состоянии.