Книга Соло для влюбленных, страница 67 – Татьяна Бочарова

Лариса дрожащей рукой бросила трубку и без сил опустилась в кресло.

Надо идти, раз обещала. Назвался груздем, полезай в кузов. Честное слово, ей легче было бы спрыгнуть с десятиметровой вышки, чем снова взглянуть в эти водянистые, глубоко посаженные глаза, словно пронзающие тебя насквозь!

Но делать нечего. Лариса посидела еще минут десять, собираясь с духом, затем быстро собралась и спустилась к машине. Она уже открыла дверцу, но внезапно остановилась, раздумывая. Потом решительно захлопнула дверь и включила сигнализацию. Не поедет она к Бугрименко на машине, не поедет – и все!

Она сама не могла понять, отчего ей пришла в голову эта мысль. Может быть, интуитивно, подсознательно ее тревожило, что «Ауди» хранит какие-то невидимые следы пребывания в ней Глеба, и Лариса стремилась сделать так, чтобы они оказались как можно дальше от прокуратуры и кабинета Бугрименко. А может, дело было в чем-то другом, совсем не поддающемся логике.

Так или иначе, Лариса окинула автомобиль прощальным взглядом и зашагала к метро.

Поездка заняла у нее в два раза больше времени, но она ничуть не пожалела об этом. Сунула охраннику свой паспорт, взяла приготовленный для нее пропуск и поднялась в печально знакомый кабинет. Бугрименко был на месте. Он сидел за столом, как и в прошлый раз, погрузившись в кипу бумаг. Однако стоило Ларисе заглянуть, как следователь тут же отодвинул документы и пригласил войти.

Ларисе показалось, что выглядит он приветливее, чем в ее прошлый визит. На угрюмом, сероватом лице Бугрименко даже отразилось некое подобие улыбки. От нее между носом и губами следователя залегли две глубокие складки, делая его похожим на бульдога. Нечего и говорить, обаяния ему явно недоставало.

— Долго вы что-то, Лариса Дмитриевна, – Бугрименко бесцеремонно оглядел ее с головы до ног и нахмурился, точно остался чем-то не удовлетворен.

— Как смогла, – сухо сказала Лариса, усаживаясь на ненавистный стул.

— Понимаю, понимаю, – пробормотал он непонятно к чему. Затем сделал фирменную паузу, пожевал губами и вдруг спросил безо всякого перехода: – А вы, простите, замужем или как?

— Какое это имеет отношение к следствию? – Лариса едва не поперхнулась от изумления и возмущения.

— Ровным счетом никакого, – не моргнув глазом спокойно согласился Бугрименко. – Я просто так спросил. Из личного интереса.

— Ну, раз из личного, то позвольте мне не отвечать, – она смерила его ледяным взглядом.

— Вы все-таки ответьте, – посоветовал Бугрименко и достал из пачки, валяющейся на столе, сигарету. – Я имею право об этом спрашивать.

«Вот так он подбирается к Глебу! – в отчаянии подумала Лариса. – За этим и вызвал меня сюда».

— Я в разводе, – проговорила она, стараясь не встречаться взглядом с колючими глазами следователя.

— А машину давно водите?

— Год с небольшим.

— Ясно. – Бугрименко закурил, даже не подумав предложить сигарету Ларисе. Курил он смачно, глубоко затягиваясь и пуская дым прямо ей в лицо.

«Хам! – мелькнуло у нее в голове. – В другое время ты бы поплясал у меня. Если бы не страх за Глеба, заставляющий безропотно терпеть все эти скотские выходки…»

— Вот что, Лариса Дмитриевна, – произнес тем временем Бугрименко. – Это было, так сказать, лирическое отступление. А пригласил я вас вот зачем, – он стряхнул пепел в банку, стоящую на столе, его взгляд снова сделался пронзительным и снайперски метким. – Я все-таки уверен, что вы помните детали катастрофы, про которые не упомянули в прошлый раз.