Книга Грустная дама червей, страница 97 – Татьяна Бочарова

Однако Карина твердо решила осуществить все, что задумала. Она ждала апреля — ждала со спокойной обреченностью, с тоской и одновременное каким-то необъяснимым нетерпением: возможно, так приговоренный к казни ожидает момента, когда наконец она свершится.

Каждую ночь, провожая Олега из квартиры в квартиру, Карина мысленно отмечала: еще один их общий лень прошел, стал не сегодняшним, а вчерашним. А завтра так же исчезнет, канет в бездну небытия новый день.

Они продолжали репетировать, оставаясь вечерами после основной работы и наигрывая новый репертуар — в конце марта планировались гастроли в Хабаровск. Карина решила, что для нее эта поездка будет последней, после чего она из капеллы уйдет.

Как-то на одну из их репетиций пришел Михалыч. Тихонько открыл дверь, побродил по залу, затем уселся в одном из ближних рядов и долго, внимательно слушал, как Карина и Олег раз за разом повторяют финал сонаты Шуберта.

Когда они закончили, он, по обыкновению смешно переваливаясь с боку на бок и слегка шаркая ногами, поднялся на сцену.

— Хорошо звучите. — Дирижер промокнул платком блестящую лысину. — Вот что, ребята, такое есть предложение к вам — не знаю, понравится или нет.

— Что за предложение? — спросил Олег, укладывая скрипку в футляр.

— Вчера один мой знакомый приходил, мы с ним когда-то в консерватории учились вместе. Ну а теперь он с музыкой завязал, в бизнес перекинулся. Правда, с искусством так или иначе связан — работает менеджером по развлекательным программам в серии ночных клубов.

— Крутые у тебя, Михалыч, приятели, — усмехнулся Олег. — Только мы-то здесь с какого боку? Что, в ночных клубах Шуберт потребовался?

— Напрасно иронизируешь. — Михалыч покачал головой. — Представь себе, именно в ночных клубах. И именно Шуберт. Да и не только он, и Моцарт, и Брамс, и… что у вас там еще в программе есть?

— Стоп, стоп! — Олег решительно махнул рукой перед самым носом дирижера. — Нам это не по дойдет.

— Да почему так сразу не подойдет? Ты же даже не выслушал, какие условия. А они более чем приличные. За час игры…

— Нет, — резко перебил Олег. — И разговору об этом нет. В кабаках играть не буду.

— Ишь какой! — рассердился Михалыч. Обвисшие теки его, сплошь в красноватых склеротических прожилках, побагровели. — Гордый, твою мать! Хочешь только в концертных залах выступать. Вон Башмет и тот не гнушается в одних концертах с эстрадными звездами играть.

— В концертах, — спокойно заметил Олег, застегивая футляр, — но не в ресторанах, где публика водку жрет под твою музыку.

— Положим, — согласился Михалыч, — но ведь ты, Олежка, все-таки пока не Башмет.

Карина невольно улыбнулась.

— Да ну тебя, Сергей Михалыч. — Олег обошел дирижера и стал спускаться со сцены.

— Карина, деточка, объясни ты ему… — Михалыч досадливо сморщился. — Вам разве деньги не нужны? Это же почти месячная зарплата за пару ночей. А если вы понравитесь, могут приглашать еще и еще.

Карина сама была вовсе не против того, чтобы поиграть в клубе. Программу все равно надо обыгрывать, не все ли равно где. Да и заработать было бы совсем неплохо. Однако она ясно видела, что Олег настроен категорично.

— Я попробую поговорить с ним, — пообещала она дирижеру и торопливо спустилась в зал.

Олег тем временем уже открывал дверь в фойе.