Книга Проклятие орхидей, страница 38 – Елена Гордина

Мать громко ойкнула и замолчала, а Герман Степаныч, наоборот, взял сына за руку и повел на кухню:

— Рассказывай, все, что смогу, сделаю. Ты же дома, сынок!

Сергей и Аня поселились в небольшой частной гостинице на окраине Бангкока и почти двое суток не вылезали из постели. К вечеру третьего дня, когда запасы провизии закончились, Сергей, проклиная все на свете, отправился на рынок.

А Аня осталась одна. Она некоторое время бесцельно бродила по номеру, затем приняла душ и уселась в кресле поудобнее. На душе у нее было тяжело.

Как там говорят? «Однажды обжегшись на молоке, дуют на воду?» А если – не однажды? Тогда на что дуть?

Аня сидела как привидение, белое и неподвижное, вспоминая свое прошлое. Она так часто совершала в своей жизни ошибки, что порой ей казалось, ошибка – это и есть ее жизнь.

И не сказать, что люди попадались ей плохие, нет. Похоже, что в ней самой было что-то не так. Да, впервые влюбившись еще почти в детстве, мучаясь и сгорая от страсти, она позволила этим отношениям так глубоко врезаться в душу, что та кровоточила до сих пор. Правда, теперь все реже и реже, но зато Аня хорошенько запомнила, как это больно – любить. И постаралась уже в сознательном возрасте построить новый брак по расчету. Нет, не из-за денег, скорее, из уважения и надежности. Но очень скоро жизнь перестала радовать, один день сменял другой, и Аня уже перестала их различать, настолько они были похожи в своей серости. И тогда возникла новая мысль: «Плевать, что так! Лишь бы не было хуже!»

Идея сама по себе далеко не нова, да и глупой ее назвать тоже нельзя. И опять-таки появилось «но». Жизнь так коротка, что не имеет смысла существовать в болоте, в трясине, даже не позволяя себе мечтать о счастье. Многие женщины на этом этапе заводят себе ручных собачек, коллекцию золотых украшений или парочку любовников, кому что нравится больше, лишь бы забить пустоту души.

Скорее всего, и Аня пошла бы этим проторенным путем, еще годик подергавшись «в предсмертных судорогах», а потом окончательно махнув на себя рукой. В конце-то концов, с Ия можно было жить. Он ее не бил, не попрекал (почти) куском хлеба, а на молодую жену можно было бы просто «забить». Но тут появился Сергей. Безобидная авантюра переросла в чувство, во что-то глубокое и пугающее девушку. Память услужливо ей подсовывала самые больные моменты прошлой любви, как бы предостерегая: куда ты лезешь, дурочка? Разве ты не помнишь, как больно любить? Захотела еще раз, по-живому?

И Аня испугалась, когда поняла, что просто не умеет, нет, разучилась доверять людям. И это сколько же надо терпения, ласки и любви, чтобы вернуть эту самую веру в ее отношения. Да и какой мужчина выдержит все это?

— Я не для тебя, Сергей, – прошептала Аня, сжимаясь в кресле. – Зачем тебе нужна девушка, которая не умеет верить людям, когда вокруг полно молоденьких дурех без проблем?

В ответ ей была тишина, Сергея сейчас не было рядом, Аня вскочила на ноги и метнулась в другой конец комнаты.

— Но я же сойду с ума без него! Без его ласковых глаз, таких безумно любимых глаз. Без его огромных ласковых рук. Без его голоса, от которого мурашки по коже?

Надо было что-то решать, и решать прямо сейчас – каждый совместный день привязывал ее все больше и больше, каждое его слово отогревало ее застывшую душу, как маленькое пламя свечи, но самое ужасное было в другом: она ему поверила!