Онлайн книга «Мальтийский крест Павла Первого»
|
Платон Зубов взглянул на царскую постель и в испуге проговорил: — Птичка упорхнула! Дело не выгорело! Хладнокровный Беннигсен шагнул к кровати, потрогал постель и сухо произнес: — Гнездо теплое, птичка недалеко! Он в два шага обошел комнату и насмешливо проговорил: — Да вот же она! Вдвоем с кем-то из гвардейцев Беннигсен силой вытащил императора из-за экрана. Павел пытался вырываться, но сильные офицеры выволокли его на середину комнаты. — Что вы делаете, господа? Вы подняли руку на своего государя, на помазанника Божьего! Вперед выступил Зубов, в руках его был какой-то документ. — Мы не сделаем вам ничего дурного, государь, если вы подпишете эту бумагу. — Что еще за бумага? — Отречение от престола. Отречение в пользу вашего сына Александра Павловича. — Я не стану это подписывать! — Император неожиданно рванулся, высвободился из рук гвардейцев, подскочил к Зубову и ударил его по лицу, воскликнув: — Вы подлец, сударь! Беннигсен снова схватил его за руки и выкрикнул: — Не противьтесь, государь! Дело идет о вашей жизни! Подпишите сей же час! Павел отступил, лицо его побледнело, зубы стучали. — Ладно, — проговорил он сбивающимся голосом, — давайте вашу бумагу. Я подпишу. Беннигсен протянул императору документ, но тут между ним и царем возник полковник Владимир Яшвиль, начальник конногвардейской артиллерии. — Хватит разговаривать! — выкрикнул он. — Теперь он под страхом смерти подпишет все, что угодно, хоть договор с дьяволом, а завтра наши головы полетят на эшафоте! Дело надобно довести до конца, коли нам дороги наши жизни! — Он прав… — проговорил Беннигсен. Император вдруг с неожиданной силой рванулся и метнулся к камину. Он подумал, что еще есть шанс через потайной ход сбежать в Аннушкины покои. Может быть, она все же не стакнулась с заговорщиками и спрячет его… Но на пути его встал Платон Зубов. В руке его была массивная золотая табакерка, он замахнулся и изо всей силы ударил государя в висок… Павел охнул и упал на пол. Тут же к Павлу подскочил Яшвиль, ударил его ногой, а затем на императора навалилось не менее десятка человек. — Бей его! — повторял Яшвиль, раз за разом пиная поверженного императора ногами. — Все еще шевелится! — А вот сейчас я его… — Офицер Измайловского полка Скарятин навалился на Павла, захлестнул на его шее офицерский шарф и принялся стягивать его концы, приговаривая: — Вот так, ваше величество, вот так… еще немножко… еще самую малость… Офицер того же Измайловского полка Кондратий Левенберг стоял чуть в стороне, с ужасом глядя на происходящее. Он вступил в ряды заговорщиков заодно со своими друзьями по полку, Скарятиным и Белозерским, они убедили его присоединиться к заговору, который обещал России нового, молодого и разумного царя. Прежнего государя заговорщики не собирались убивать, они хотели лишь принудить его к отречению от престола… И вот теперь его, помазанника Божьего, бьют руками и ногами, топчут в бешенстве… Как легко человек превращается в зверя! Как легко поддается общему бешенству! Левенберг увидел, как после очередного удара с маленькой, бессильной руки императора, похожей на птичью лапку, скатился серебряный перстень, отлетел прямо ему под ноги. Он наклонился, поднял перстень, осмотрел его. Простой, массивный перстень с вырезанным на нем мальтийским крестом… |