Книга Проклятие Тары, страница 97 – Алекс Монт

Провидение хранило его. Узнав, что произошло в Мухино, Петелин лишь усмехнулся. Все складывалось как нельзя лучше и вписывалось в его схему. Сославшись на высшие государственные интересы, он проинформировал руководство, и беглецам позволили улететь в Монголию. «Главное, чтобы местные власти не реквизировали статую, пока до нее не доберется Бадма!» — размышлял генерал, набирая номер начальника охраны посольства РФ в Улан-Баторе.

Мигающие огни Ми-8 бурят заметил задолго до того, как шум работающих винтов раздался в черноте неба. Запрыгнув в машину, он помчался к предполагаемому месту посадки, поминутно останавливаясь и задирая голову. Обилие высотных кранов вокруг возводящихся небоскребов в центре Улан-Батора побудило пилотов садиться в предместьях монгольской столицы в так называемом поясе юрт, в относительной близости от Гандана. «Сама Тара выбирает свой путь», — безошибочно определил место посадки Бадма и нажал на педаль. Через считанные минуты он подъехал к стоявшей на пустыре вертушке. Из открывшейся двери пассажирского салона выбросился трап, и Илья сбежал вниз. Следом за ним спустились Матвей и Марина. Володю оставили сторожить пилотов на случай неотложного взлета, приказав держать свет в кабине включенным.

— С прибытием на монгольскую землю, — приветствовал всех Бадма, задерживая взгляд на Марине, стоявшей в свете поисково-посадочных фар.

— И вам здравствуйте, — переглянувшись с Ильей, бросил в ответ Матвей. С делано равнодушным видом охранник не отходил от трапа. Матвей понял намек секьюрити быть предельно внимательным и придирчиво окинул бурята. — Насколько я понимаю, вы тот самый человек, который нанял моего погибшего друга найти статую богини Тары.

— Именно так, уважаемый господин. Мое имя Бадма Ергонов. Я представляю интересы международного буддийского фонда Дхармахара, который через мое посредство доверил поиски статуи детективному агентству господина Чарова, увы, безвременно нас покинувшего, — с неподдельной грустью вымолвил он.

— Рад знакомству, господин Ергонов. Как зовут нас, думаю, вам известно. — При этих словах бурят почтительно поклонился. Представлять Илью Матвей не посчитал нужным. — Не будем терять времени, уважаемый Бадма. Статуя Тары на борту вертолета. Мы готовы ее передать сангхе в монастырь Гандан, откуда нечестивые большевики ее подло изъяли. С официальными властями я готов пообщаться, но после того как Тара окажется в дацане. — Движимый безысходностью собственного положения, он озвучил сокровенные желания самого Бадмы.

— Я вас отлично понимаю, уважаемый Матвей. Сангха по достоинству оценит ваше великодушие и обеспечит вам и вашим людям безопасное пребывание в Монголии.

— Такой ответ я и хотел услышать от вас, — воодушевился он и дал знак выгружать Тару.

Подогнав джип со сложенными сиденьями к грузовому трапу, бурят открыл багажную дверь и в благоговейном трепете приблизился к завернутой в бархат Таре. Приподняв материю, он взглянул на богиню и, прошептав слова мантры, как пушинку перенес стокилограммовую статую в машину.

Все это время Илья оставался на месте, требуя от пилотов неустанно прощупывать пустырь фарами, задерживаясь на кустах, канавах и многочисленных ямах. Тревожному настроению секьюрити вторила менявшаяся погода. Резкие порывы ветра возвестили бурю, громовые раскаты сотрясли иссушенный воздух, и первые капли дождя смочили песчаную пыль. Когда одна из рыщущих фар Ми-8 высветила залегшую в поникшем ковыле фигуру, звенящая тетива нервов охранника лопнула, и Илья выстрелил. Засевшие в неглубоком овраге спецназовцы открыли ответный огонь, прошив секьюрити очередью. Илья покачнулся и, схватившись за ступеньку трапа, рухнул в прибитую дождем пыль. Стороживший летчиков Володя догадался, что произошло. Бросившись в салон, одну за другой он метнул гранаты в сторону оврага. Гулкий гром заглушил грохот взрывов. В озарявших пустырь молниях заработали винты вертолета, погас свет в кабине, и в багажный отсек уехал грузовой трап. Освободившиеся от бдительного пригляда пилоты заперлись в кабине и решили дать деру.