Книга Проклятие Тары, страница 95 – Алекс Монт

И не прогадал. Как известно, на воре и шапка горит. Когда Красик скорее наобум спросил Бориса о характере взаимоотношений Чарова и Марины, тот был явно смущен и не знал, как ответить на заданный вопрос.

— Вы затрудняетесь, что сказать, или просто не знаете? — шел напролом следователь.

— Не знаю! — нервно сфальцетил Борис и, сославшись на дела, попросил оставить его в покое. После ухода Красика он еще больше занервничал и решил доверить свои страхи Семенычу. Старый чекист по-отечески послал его на три буквы, после чего бившийся в нервной истерике Фрумкин отправил паническое СМС Матвею.

Получив фотографии Тары и заверения Иссерсона о немедленной доставке статуи в Мюнхен (таможню он брал, как обычно, на себя), Вайс успокоился и позволил себе покуролесить. Заявившись домой под утро, он позвонил в Луксор торговцу артефактами из Амарны и объявил, что возьмет их, если результаты экспертизы его устроят. Араб вежливо поблагодарил и выслал сканы экспертной оценки заинтересовавших немца предметов.

— Представитель музея оплатил исследования по экспертизе, но еще не внес задатка за товар. Если вы поторопитесь и компенсируете его расходы, я уступлю артефакты вам, — расставил точки над i араб.

Изучив сканы, Вайс принял решение заключить сделку.

— Как только увижу подлинники оценки, аванс поступит на ваш счет, Фатих.

— Но мне нужны гарантии, если я откажу музейщику.

— Завтра прилечу в Каир и открою аккредитив на ваше имя, — заверил он продавца и перевел дух.

Охотничий азарт клокотал в нем. Предвкушение обладать статуэтками из Амарны обернулось скачком давления и приступом тахикардии. «Надо принять лекарство, а не то скопычусь ненароком», — пошел за аптечкой Вайс. Препарат последнего поколения стабилизировал его состояние, и он позвонил в Техас. Узнав, что Тара скоро прибудет в Мюнхен, нефтяник не скрывал радости. «Буду у вас в конце недели, Генрих», — пообещал коллекционер. Довольный удачным днем, Вайс завалился в постель и заснул как младенец.

Сделав круг над городом, вертолет завис в воздухе и пошел на посадку.

— Это же гребаный Улан-Удэ! — взволнованно воскликнул секьюрити. Илья не отнимал лица от иллюминатора, когда накануне они садились на «Боинге», поэтому хорошо запомнил очертания городских достопримечательностей с высоты птичьего полета.

— Ты уверен? Темень же кругом!

— По огням ориентируюсь, шеф, — как никогда убежденно произнес Илья. — Перед командировкой я прогуглил карты Улан-Удэ. Всегда так делаю, когда отправляюсь в незнакомые края. Это Мухино^[24]. Минуту назад мы облетели «Пентагон» — так называется здешний жилмассив, а здание, что в огнях — «Солнечная башня», — он указал на высотку припавшему к иллюминатору Матвею. — В Иркутске я приземлялся и днем, и ночью. Это — не Иркутск, зуб даю!

— Пилотировать вертушку сумеешь? — он посмотрел в упор на Илью.

— Я смогу, шеф, — включился в разговор Володя. — В Чечне пришлось на такой машине летать.

— Тогда за мной! — Матвей увлек молодых людей в дальний конец салона…

«Недолго тебе ручонками на свободе сучить, недолго! — с тайным злорадством наблюдала Марина за энергичными жестикуляциями мужа. — А вдруг до него дошло, на чьей я стороне?» — вцепившись в подлокотники кресла, женщина инстинктивно вжалась в его спинку.