Онлайн книга «Прятки с тенью»
|
— А если я обращусь за помощью к государству? – неуверенно заговорила я. – Скажу, что нашла клад и теперь по закону мне полагается двадцать пять процентов премии. — У вас есть такой закон? – похоже, старик по-настоящему удивился. – А впрочем, вполне возможно, что есть… Но Жанна, в таком случае вы проживете не намного дольше, чем если обратились бы к частному ювелиру. Вы хотя бы примерно представляете себе, сколько может стоить это ожерелье? — Ну… миллион! – ляпнула я. – Или полмиллиона. — Миллиард, – грустно сказал старик. – Миллиард долларов. Или больше. Когда-то его цена была больше, чем годовой бюджет такой большой страны, как Франция. И вы всерьез полагаете, что вам выплатят двести пятьдесят миллионов долларов? И верите, что это ожерелье примут у вас с благодарностью, покажут вас в телевизионной программе «Время», а ожерелье выставят в Эрмитаже? Между прочим, как вы думаете, почему Жанна де Ламотт так и не продала ожерелье? Потому что она поняла, насколько это опасно! Ей пришлось удовольствоваться тем, что она владела им, владела втайне от всех. Только потому ожерелье в целости сохранилось до наших дней… Тут я поняла, что старик просто забалтывает меня бесконечными разговорами, грузит мне голову цифрами, жонглирует миллионами и миллиардами, как будто это разноцветные детские мячики. Как знать, возможно, у него в запасе и такой метод подавления воли? — Что вам надо? – с ненавистью прошипела я. – Кто вы вообще такой? — О, позвольте представиться! – спохватился он. – Простите мою невежливость! Меня зовут Джузеппе Бальзамо, но в Европе знают меня как графа Калиостро… — Граф Калиостро? – в самый последний момент я удержала рвущийся наружу смех. – Вы называете себя графом Калиостро? В голове мелькнул старый фильм… как же он назывался? Ах да, «Формула любви»! Уно, уно, уно, ун моменто!.. — Вы мне не верите, – констатировал старик. – Что ж, печально, но я уже привык к такому отношению… Современные молодые люди очень невежественны… — Граф Калиостро жил в восемнадцатом веке! – выпалила я, вспомнив странички из черной тетрадки. — И в девятнадцатом, – старик наклонил голову, – и в двадцатом, и в нынешнем… Все ясно, передо мной сумасшедший. И ничего не значит, что он владеет гипнозом. Пока в дурдоме сидел, у врачей научился! Старик поднял голову, а я тотчас опустила глаза. Ведь он может читать мысли! А вот если хватануть его по голове ножкой от этого стула, то можно выскочить из подвала, а там уж… — Не надо, – сказал старик, – не совершайте глупых поступков, вы и так наворотили в своей жизни достаточно глупостей! Это точно. Я не могла не согласиться со своим собеседником, но, с другой стороны, ему-то какое до меня дело? — Жанна, я не хочу забирать ожерелье силой, я не хочу причинять вам вред! Вы – славная девушка, вы просто немножко запутались в своей жизни, это скоро пройдет… Мягко стелет, отвлекает… — Это ожерелье по справедливости принадлежит мне, – продолжал старик. – Я придумал всю аферу, я внушил вашей тезке Жанне де Ламотт эту замечательную идею. Этот напыщенный кардинал де Роган, как легко было сыграть на его амбициях, на его слабостях! И королева, эта лицемерная кокетка, думающая только о своих развлечениях и праздниках! Разве поверил бы кардинал Жанне де Ламотт, что королева просит его заказать такое дорогое ожерелье, если бы ее репутация не была уже подмоченной. И этот глупый, слабовольный Луи Шестнадцатый! Я никогда не был сторонником насилия, но иногда думаю, что гильотина была для них карой Господней! |