Книга Укол китайским зонтиком, страница 33 – Наталья Николаевна Александрова

Городской музей игрушек занимал бывшее складское здание девятнадцатого века на Гороховой улице. Перед входом в музей Надежда увидела большую красочную афишу, на которой была изображена старинная кукла в кружевном платье и в шляпке с цветами, сидящая рядом с очень симпатичным плюшевым мишкой.

Надежда вошла внутрь, подошла к кассе.

— Пенсионное есть? – хмуро спросила у нее кассирша, мрачная худосочная особа с жидкими бесцветными волосами.

— Что вы хотите этим сказать? – возмутилась Надежда. – Мне до пенсии еще… неважно, сколько лет! Во всяком случае, очень много и… и вообще, вас это совершенно не кусается! То есть не касается! – Надежда Николаевна от волнения начала путать слова, и это ее еще больше расстроило.

— Тогда сто рублей! – оборвала ее кассирша.

Надежда купила билет, хотя настроение ее было испорчено и желание идти на выставку резко убавилось.

«Ну вот, есть же люди, которые так и норовят сказать какую-нибудь гадость! – думала она, поднимаясь по ступеням. – Казалось бы, что плохого я сделала этой кассирше?»

Неимоверным усилием воли она заставила себя отбросить мысли о вредной женщине и огляделась по сторонам.

А посмотреть здесь было на что!

На многочисленных столах и за стеклами витрин сидели и стояли удивительно красивые куклы – блондинки и брюнетки в шелковых и кружевных платьях поправляли волосы, о чем-то шептались, сплетничали, любовались собой в зеркале или просто прогуливались, с гордостью демонстрируя свои наряды.

Отдельные витрины были посвящены кукольной одежде и всевозможным аксессуарам – на крошечных плечиках были развешаны десятки кукольных платьев и костюмов всех цветов радуги, крошечные пальто и шубки для холодного времени года, здесь же стояли крошечные туфельки и сапожки, лежали кукольные сумочки, чемоданы, зонтики и веера.

В одной из витрин Надежда Николаевна увидела очаровательного младенца в игрушечной колыбели. Вокруг него на крошечных столиках было разложено кукольное «приданое» – крошечные распашонки и кофточки, ползунки и одеяльца, кружевные чепчики и вязаные пинетки такого размера, что их с трудом можно было разглядеть невооруженным глазом.

Вокруг всех этих столов и витрин толпилась публика – в основном моложавые, энергичные бабушки с внуками. Неизвестно, кто из них получал большее удовольствие.

Посреди зала перед большой группой посетителей стояла женщина-экскурсовод, которая что-то рассказывала. Надежда подошла поближе к ней и прислушалась.

— Не нужно думать, что собирание и изучение кукол – это пустая дамская забава, – вещала дама хорошо поставленным голосом. – Антикварные и старинные куклы могут дать бесценный материал для изучения культуры и быта соответствующего исторического периода. Многие серьезные историки изучают антикварные игрушки, чтобы составить более полное представление о жизни людей интересующей их эпохи. Поэтому не стоит недооценивать культурное значение проходящей в нашем музее выставки.

Она снова сделала паузу, чтобы посетители смогли оценить эти слова, и продолжила:

— Больше всего на нашей выставке французских кукол. Это неудивительно – французские мастера всегда лидировали в кукольной промышленности. Здесь представлены куклы знаменитой французской фирмы Жюмо, изделия мастерской Фернана Бриара и Антуана Леже, отличающиеся особой выразительностью, редчайшие куклы мастера Мариуса Леруа. Особенный интерес представляет уникальная кукла времен Великой французской революции, в которой можно усмотреть портретное сходство с героиней тех времен Шарлоттой Корде, дворянкой, которая убила Марата.