Книга Анна Павлова и священный рубин, страница 30 – Юлия Алейникова

Вздохнул он тяжело от невеселых мыслей, поправил поудобнее пиджак и приказал себе засыпать и ни о чем больше не думать.

Ленинград. Апрель 1950 г.

Встретиться с профессором Голубцовым Саня Головко решил в домашней обстановке, располагающей, так сказать, к задушевной беседе. Жил профессор в центре города, в Ковенском переулке, напротив католического костела, – Саше до него двадцать минут ходу. Было солнечное субботнее утро, и Саня рассчитывал застать профессора дома.

— Здрасьте, а вам кого? – В дверях квартиры стояла невысокая девушка в школьном платье, с длинной толстой косой и со стареньким пузатым портфелем в руках.

— Здрасьте, а мне Михаила Марковича, – приветливо улыбнулся девушке Саня.

— Пап, к тебе пришли. Мама, я побежала, у меня русский первым уроком! – крикнула девушка в глубь квартиры, схватила с вешалки пальтишко и, выбежав на лестницу, хлопнула дверью.

— Света! Светлана! – раздался ей вслед встревоженный голос, и в прихожей появилась хозяйка квартиры в фартуке и косынке. – Опять не поела. Ну что с ней делать? Здравствуйте, вы к нам? – заметив Саню, поинтересовалась хозяйка.

— Капитан Головко, уголовный розыск. Я к Михаилу Марковичу, – представился Саня.

— А что же вам надо от мужа? – насторожилась хозяйка.

— Я расследую дело об ограблении профессора Баженова.

— Ах вот оно что, ну конечно, проходите. Миша только что встал. Будете с нами чай пить? – мгновенно подобрела хозяйка. – Меня, кстати, Мария Саввична зовут. Раздевайтесь, проходите.

Супруги Голубцовы проживали в небольшой отдельной квартире. Комната, в которую провели гостя, была небольшой и уютной, посреди комнаты возвышался накрытый к завтраку круглый стол.

— Сюда, пожалуйста, – показала Мария Саввична. – Миша, это товарищ из уголовного розыска, по поводу Бори.

Профессор Голубцов сидел возле окна с газетой в руках, облаченный в домашнюю куртку, и, кажется, дремал, потому что очки у него съехали на самый кончик носа и сопел он как-то подозрительно.

— Опять задремал, – проворчала Мария Саввична. – Привык по ночам работать: тихо, все спят, легче с мыслями собраться. А потом вот спит полдня, хорошо еще, сегодня не на работу. Возраст, – словно извиняясь, пояснила она Сане. – Миша, к тебе пришли, Миша! – тормошила она мужа.

— Что? Светланка уже убежала? Завтракать пора? – встряхиваясь и поправляя очки, спросил профессор.

— Пришли к тебе, из уголовного розыска. Вот, товарищ стоит.

— А, здравствуйте, проходите, пожалуйста. А я тут задремал нечаянно, – смущенно проговорил Михаил Маркович, поднимаясь навстречу гостю.

Профессор был высок, худ, лысоват, с небольшой аккуратной седой бородкой а-ля Чехов.

— Проходите, присаживайтесь. Чем могу служить?

Мария Саввична, убедившись, что муж занялся гостем, ушла обратно на кухню и вернулась уже с чайником.

— Выпейте с нами чаю, заодно и поговорим, – доставая из буфета посуду, предложила она. – Мы ведь Борю давно знаем, Миша с ним учился вместе в университете. А потом, уж когда мы поженились, и я с ним познакомилась. Это было еще до революции, в девятьсот девятом году.

— До революции?

— Ну конечно. Нам уж лет немало, – улыбнулась Мария Саввична. – Миша тогда в гимназии преподавал, а Боря в географическом обществе работал.

— Выходит, вы Баженова дольше всех знаете?