Онлайн книга «Соната Ужа»
|
— Не пропусти все равно. Они проехали еще немного, кони в давке шли почти шагом, стражники теснили толпу по сторонам шествия — во благо самой толпы, чтобы не попала под копыта. Шелестели, хлопали знамена, ревели рога. Ветер разгулялся не на шутку, и Агле прикрылась меховым широким рукавом, чтобы пыль не попала в глаза. — Но там же половина Састины построится в очередь или даже вся! — Ну, — Рошаль пожал плечами, звякнула укрытая под жупоном кольчуга. — Многие дела мы вполне способны решать без короля. Отсрочить или скостить долг по займу, освободить от налогов на срок, разобрать земельные и имущественные споры. — Тебе за это хоть платят? — ведьма усмехнулась. Анри хмыкнул: — Стряпчих, конечно, всех до одного считают сутягами и скаредными жлобами, но да, сегодня работаю совсем бесплатно. Орден вполне щедро оплачивает мои труды, чтобы я себе такое позволил. Я обеспечу тебе местечко в начале очереди. Торжественная процессия ненадолго остановилась у ратуши. Бургомистр на ступеньки вышел загодя, упрел, но все одно аж подпрыгивал и тянул шею в меховом воротнике… Он обязан был вручить будущему королю ключи от города, и не ритуальные, а самые настоящие. И подать ритуальный кубок с вином — на счастье будущего правления. На подъезде Сивый Береша ударил копытом в выбоину мостовой, смачная плюха грязи украсила парадные штаны благородного ара. Ар выругался сквозь зубы. Кобылка Агле шарахнулась, Рошаль ухватился за недоуздок, удерживая. Ведьма лишь рассмеялась. Огляделась сверху. Бургомистр стольного града (не багровый от зноя, а почему-то бледный) в обрамлении лавников [2] и цеховых старшин сошел с крыльца князю Вакарасу навстречу. Был он выбрит, умыт и одет безвкусно и дорого: шитое крученой нитью сукно, бобер вокруг запястьев и мощной шеи. Свита Юргена тоже не в грязь лицом ударила, украсив одежды либавскими голубыми горностаями и рудвенскими соболями… Тут Агле подумала еще, куда запропала долговязая подружка Майка, почему Нель не взял ее с собой? Побоялся, что Юрген обратит внимание? Витольда графа Ауле и Рушенец на коронации не было. Взяв Рудву, он поднял каторжников Иссолья и сейчас воевал на юге, добивая не сдавшихся приспешников претора Гната. И о бегстве дочери на войну, похоже, еще не знал. Повезло Майке. Задумавшись, ведьма пропустила и лобызания, и парадные речи. И лишь когда что-то зазвенело, вернулся к реальности. А бургомистр лапищами в кожаных перчатках как раз стаскивал с предупредительно протянутого подноса древний, тяжелый, исчерна-серебряный кубок, по тележному ободу усаженный лалами, крупными, точно ногти здоровяка. Закатное солнце вперилось в самоцветы, и те сверкнули недобрым прищуром — как глаза Гражины. И словно ледяная игла воткнулась ведьме в позвоночник. Внутри отрава! Подскакать и будто случайно толкнуть князя под локоть? Агле увидела — точно это уже случилось, — как кубок вздрагивает, и белый бархат княжьего жупона пятнает цепь алых капель, похожих на кровь. Предзнаменование. Дурнее не бывает. Леший! Будто мало они пролили этой крови. Но в минуту примирения и признания… Да и толпа... слишком густая! Лисьи глазки бургомистра уставились на ведьму со страхом и сомнением. Словно он понимал, что Агле знает. Она коленом толкнулась в колено Рошаля: |