Книга Я не твоя невеста, страница 28 – Ника Лебедева

— Слухи, Ваше Высочество, — пояснил Хессенгард. — Они описывали вас совершенно иным человеком. Я доверился им и по собственной глупости провалил свой же план.

У меня сбилось дыхание.

“Нет… Как раз наоборот,” — с какой-то необъяснимой болью в груди подумала я и поджала губы.

Хессенгард правильно сделал, что поверил сплетням про Летицию. Редко, но молва все-таки могла соответствовать истине — например, в случае принцессы. Герцог просто не учел, что Летиция была не только своенравна, но еще и крайне изобретательна… особенно в способах избежать нежелательного замужества.

— Но знаете, — вдруг добавил Рейган, — впервые я рад ошибиться.

— Да? — сорвалось с моих губ.

Уже знакомая легкая улыбка расцвела на губах герцога.

— Да.

Мне не дали и шанса спросить что-то еще. Музыка внизу смолкла, и раздался громкий голос дворецкого Элдрика:

— Дамы и господа! Поприветствуйте, Его Светлость герцог Рейган Хессенгард и Ее Высочество принцесса Летиция Ванделлион!

Шум голосов сменился оглушительными аплодисментами.

Я почти подскочила на месте от неожиданности. Как всегда невозмутимый герцог просто молча подал мне руку. Было трудно не завидовать его идеальному самообладанию.

Громко вздохнув, я положила ладонь на его предплечье и постаралась придать лицу безмятежное, слегка надменное выражение, которое столько раз видела у настоящей Летиции.

…хотя, судя по тихому смешку Хессенгарда, мне это не удалось.

Мы спустились по широкой лестнице, ступени которой были высечены из того же темного, отполированного до блеска базальта, что и стены замка. Короткая дорога от балкона до зала казалась бесконечной. Моя осанка была почти неестественно идеальна из-за напряжения и тугого корсета, подбородок — чуть приподнят, а улыбка невозмутима и легка, но внутри все тряслось от страха.

Аплодисменты затихли, когда мы достигли последней ступени.

Воцарилось общее молчание.

Рейган, не отпуская моей руки, сделал шаг вперед. Он не повышал голоса, но каждое его слово падало в гробовую тишину с внушительным весом.

— Этот союз, — начал он и медленно скользнул взглядом по благоговейным лицам гостей, — знаменует уверенность в стабильном будущем наших земель. Я официально объявляю принцессу Летицию своей невестой.

Затем Хессенгард повернулся ко мне, и его пальцы едва заметно коснулись моей руки, подавая знак.

“Моя очередь…”

Я натянула улыбку.

“Давай, Энн. Скажи все, как репетировала. Нельзя облажаться. Не робеем, не трясемся, говорим легко и спокойно…”

— Я счастлива, — сказала я звонким голосом, который прозвучал удивительно правдоподобно, — что судьба привела меня в Холдтон. Я верю, что наш союз принесет королевству мир и процветание.

Финал фразы потонул в оглушительных аплодисментах.

Я продолжала глуповато улыбаться аристократам, а параллельно ловила себя на мысли, что ищу в толпе любые, даже отдаленно знакомые лица, которые могли хоть раз встретиться с настоящей принцессой. Тут мой взгляд упал на молодого человека в скромном синем камзоле, чье бледное, искаженное шоком лицо выхватывал из полумрака свет ближайшего канделябра.

У меня подкосились ноги.

“Не может быть.”

Меня, наверное, обманывал мой испуганный мозг.

То, что я видела, просто не могло оказаться правдой.

Но чем дольше я смотрела, тем меньше сомнений оставалось.