Книга Развод. Он подарил ей кольцо. Я - ему развод, страница 1 – Анастасия Энковская

— Ты же говорил, что выбираешь кольцо для меня…

Я произношу это негромко. Даже слишком негромко для женщины, которая только что увидела на чужой руке собственную несбывшуюся годовщину.

Музыка в зале играет мягко, дорогими струнами, будто здесь никого не режут по живому. Официанты скользят между столиками, бокалы звенят, в панорамных окнах дрожит ночная Москва, вся из стекла, огней и чужого благополучия. Красивый вечер. Очень красивый. Настолько красивый, что хочется рассмеяться: измена, оказывается, тоже умеет выбирать интерьер.

Кирилл стоит напротив меня. Мой муж. Двенадцать лет вместе, девять лет брака, одна дочь, квартира в ипотеку, привычка покупать ему таблетки от головы ещё до того, как он сам вспомнит, что у него она болит, и слишком много вечеров, когда я говорила себе: «Он просто устал».

Рядом с ним — она.

Полина.

Его новая помощница, которую он полгода называл «девочкой из отдела», «толковой», «перспективной» и «не начинай, у нас рабочие отношения». Девочка из отдела держит бокал шампанского, стоит слишком близко к моему мужу и смотрит на меня с таким лицом, будто я внезапно вошла в её жизнь без записи.

На её пальце кольцо.

Тонкий золотой ободок, вытянутый камень, россыпь маленьких бриллиантов по краю. Я знаю его. Конечно, знаю. Я сама водила пальцем по картинке в каталоге, сидя на кухне в домашней футболке, пока Кирилл пил кофе и спрашивал:

«Такое нравится?»

Я тогда засмеялась:

«Кирилл, ты мне кольца выбираешь или просто изучаешь рынок?»

Он поцеловал меня в макушку и сказал:

«Может, хочу сделать тебе нормальный подарок на годовщину. Ты же вечно говоришь, что я не романтичный».

Романтичный.

Слово всплывает в голове и лопается, как мыльный пузырь над грязной водой.

— Вера, — Кирилл произносит моё имя сквозь зубы. — Не здесь.

Полина быстро опускает руку, как будто это поможет. Как будто кольцо можно спрятать после того, как оно уже вошло мне под кожу.

— Почему не здесь? — спрашиваю я. — Здесь же ты ей его подарил?

— Ты всё неправильно поняла, — говорит Кирилл.

Вот она. Первая фраза всех мужчин, пойманных не на ошибке, а на собственном выборе.

— Правда? — я смотрю на него. — Тогда объясни правильно.

— Кирилл, может, не надо… — тихо вмешивается Полина.

Голос у неё нежный. Дрожащий. Очень удобный голос для женщины, которой хочется выглядеть не любовницей, а случайной жертвой обстоятельств. Она переводит взгляд на него, и в этом взгляде столько просьбы, что у меня внутри что-то переворачивается. Не от ревности. От брезгливости. Потому что он знает этот взгляд. Он, похоже, к нему привык.

— Молчи, — говорит ей Кирилл.

Коротко. Резко.

Полина сразу замолкает.

А я вдруг понимаю: вот так он говорит не только со мной. Просто я раньше называла это усталостью, характером, ответственностью, тяжёлой работой. Удобно. Очень удобно — давать красивое название тому, что постепенно ломает тебе позвоночник.

— Не разговаривай с ней так, — говорю я.

Кирилл смотрит на меня так, будто я окончательно сошла с ума.

— Ты сейчас серьёзно? Ты устраиваешь сцену и ещё защищаешь её?

— Я не защищаю её. Я просто впервые за вечер слышу, как ты звучишь со стороны.

Он делает шаг ближе. На лице — не вина. Раздражение. Плохо скрытое, злое, привычное.

— Вера, мы выйдем и поговорим спокойно.