Книга Мой ручной Дракон Бездны, страница 22 – Элайра Вэлморн

Супруги. Это слово эхом отдалось в моем разуме. Две половины одного целого, ритуал связывания жизней.

— Супруги, — медленно повторил я, пробуя слово на вкус. Губы изогнулись в подобии усмешки, обнажая удлиненные клыки. — Да. Моя... супруга.

Глаза самки стали огромными, как луны.

— Нет! — она вдруг с силой дернулась, вырываясь из моей хватки, и, извиваясь ужом, выскользнула из-под меня.

Я не стал ее удерживать. Мне было любопытно посмотреть, что она будет делать дальше.

Она спрыгнула с топчана, путаясь в подоле своего порванного серого халата, и отбежала к противоположной стене, прижавшись спиной к бамбуковым доскам. Её грудь ходила ходуном. Лицо приобрело странный, пятнистый красноватый оттенок. Она неотрывно смотрела на меня, а точнее — на мое тело, лишенное каких-либо покровов.

Я сел на кровати, скрестив ноги, и расслабленно откинулся назад, опираясь руками о доски. Мои черные волосы упали на плечи. Я не чувствовал холода, который проникал сквозь щели хижины, тьма внутри меня поддерживала идеальный жар.

Самка судорожно заозиралась по сторонам, схватила кусок какой-то ветхой ткани — кажется, это была ее верхняя накидка, которую она сняла вчера, и с размаху бросила её в меня.

Ткань упала мне на колени.

— Оденься! — взвизгнула она, зажмурившись и отвернув лицо к стене. — Небеса милостивые, прикройся немедленно! Если сюда кто-то войдет...

Я посмотрел на серую тряпку на своих бедрах. От нее пахло пылью, сыростью и немного — ею. Я взял ткань двумя пальцами, потянул в разные стороны. Старые нити издали жалобный треск и легко разошлись, разрывая тряпку пополам.

— Слабо, — констатировал я, отбрасывая бесполезные куски в сторону.

Зачем оборачивать себя тем, что не может защитить даже от легкого удара ветра? Люди — поразительно нелогичные существа.

Услышав треск, самка приоткрыла один глаз, увидела разорванную накидку и издала звук, похожий на стон умирающего зверя.

— Ты невыносим! — она заметалась по комнате, стараясь не смотреть в мою сторону, открыла какой-то скрипучий ящик и вытащила оттуда длинный, бесформенный кусок черной материи. — Это одежда! Понимаешь? Одежда! Люди носят её, чтобы скрыть свое тело от других! Это правило! Закон!

Она бросила этот кусок мне в лицо.

Я поймал ткань на лету. Это было похоже на мужской халат, только очень старый и грубо сшитый.

— Правило, — я повторил за ней, рассматривая черную ткань.

— Да! Если ты выйдешь так наружу, старейшины решат, что ты... что ты демонический соблазнитель или сумасшедший! Тебя атакуют!

Я презрительно фыркнул. Пусть атакуют, я затоплю этот их «Орден» кровью и тенями. Никакие старейшины не посмеют указывать Владыке Бездны.

Но моя самка дрожала. Её сердце снова билось слишком быстро. Она не хотела, чтобы меня атаковали. Она боялась за меня? Или за себя? В человеческом мире, полном этих странных, нелепых правил, она была слабой и уязвимой. Если я убью всех вокруг, она лишится привычного места обитания.

Вздохнув, я поднялся на ноги. Самка тут же отвернулась, закрыв лицо руками.

Я развернул черный халат. Он был явно не по размеру. Мои плечи были слишком широкими, грудь — слишком массивной для этой узкой ткани. С тихим рычанием я просунул руки в рукава, ткань на плечах опасно натянулась, затрещав по швам, но выдержала. Я запахнул полы так, как видел это на Чжао Мине, но пояса не было. Халат разошелся на груди, обнажая ключицы и тугие мышцы живота.