Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 90 – Сия Ник

Когда он, наконец, отстранил губы — очень медленно, почти неохотно, — у них обоих перехватило дыхание. Он не отнял ладонь с её затылка. Не отпустил ягодицы. Лоб у её лба. Дыхание в один воздух. У него в глазах сейчас стояло то, чего Вера у него за все четырнадцать дней не видела, — голое, простое, мужское желание, не прикрытое ни ролью, ни четырьмястами годами, ни короной.

— Вера, — сказал он тихо. Голос у него вышел низкий, чуть хриплый. — Это, наверное, надо остановить.

— Я думаю, надо.

— Иначе у меня через минуту не будет сил остановить.

— Я понимаю.

— Я хочу до острова.

— Почему?

— Потому что на корабле тонкие стенки, и я не хочу, чтобы вокруг нашего первого раза было двенадцать пар чужих ушей. И потому что мы только что бежали из Сар-Аммата. Я не хочу первого раза, когда у меня в голове ещё Веран. Я хочу — чисто. На острове чисто. И ещё — туда я не возил никогда никого. Если ты туда едешь со мной — это значит со мной. Я хочу, чтобы первое произошло именно там.

— Я тоже.

— До острова — сутки.

— Я считала.

Он чуть улыбнулся. Медленно. Прижал лоб к её лбу ещё на секунду. Потом — с видимым усилием — сделал маленький шаг назад. Не убирая ладонь с её затылка, не отпуская ягодиц. Просто разорвав плотный контакт груди и бёдер.

У Веры подкашивались колени, и сердце колотило где-то у горла. Она это видела по его лицу: у него — то же самое.

— Аэдрис.

— Да.

— Я не возражаю против сейчас.

Он закрыл глаза. Медленно вдохнул через нос. Открыл. Сказал ровно:

— Вера. Если ты сейчас это повторишь, я тебя уложу на эту кровать в течение пятнадцати секунд.

— Я это понимаю.

— Тогда не повторяй.

— Хорошо.

Она тихо рассмеялась. Это вышло у неё чуть охрипшим смехом. Он тоже улыбнулся — впервые с напряжением, потому что улыбаться сейчас ему было непросто. Но он улыбнулся.

— До острова, — сказал он. — Сутки. Это очень долго.

— Очень.

— Но это правильно долго.

— Да.

Он, наконец, отнял ладонь с её затылка. Со спины. Сделал ещё один шаг назад. Они стояли в каюте на расстоянии вытянутой руки, и оба тяжело дышали, и оба смотрели друг на друга глазами, в которых не оставалось ни сомнения, ни вопроса.

— Я пойду, — сказал Аэдрис. — На палубу. Воздух. Мне сейчас нужен воздух.

— Иди.

Он пошёл к двери. У двери обернулся.

— Вера.

— Что?

— Я очень рад, что ты тут.

— Я тоже.

Он вышел. Дверь тихо закрылась.

Вера села на кровать. У неё дрожали руки. Не от страха — от того другого, что у неё под ключицей сейчас горело сильнее, чем за всё время в этом мире. Метка под рубахой пылала. В животе и ниже всё ещё горело.

Остров появился из моря как зелёная горбатая спина.

Это произошло на закате второго дня плавания. Вера стояла у борта рядом с Налани. Кай’ри был на носу — он первым увидел остров и сказал спокойным голосом: «Налани. Видно.» Через пять минут полоска зелени поднялась из воды для всех.

Один холм по центру — невысокий, поросший лесом. Узкая полоска белого песка по периметру. С восточной стороны — единственная бухта, защищённая двумя каменными лапами. В бухте — деревянный причал. На причале — две фигуры, стоявшие неподвижно, как будто ждали корабль уже несколько часов.

— Старые слуги, — сказал Аэдрис, подойдя к ней сзади. — Хаак и Меле. Муж и жена. Они здесь живут постоянно, охраняют остров между моими визитами.