Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 108 – Сия Ник

Вера спустилась в подвал в восемь вечера. Сразу после раннего ужина, на котором никто почти не ел.

Подвал оказался больше, чем она ожидала. Сухой, прохладный, с каменными стенами и низким потолком. У дальней стены — низкий лежак из досок. Несколько глиняных кувшинов с водой. Корзина с тёплыми одеялами. И — это Аэдрис показал ей за час до этого — узкий боковой проход, ведущий через каменный ход под лесом, к скрытому выходу в дальней бухте. «Если что-то пойдёт совсем плохо, — сказал он, — Хаак знает дорогу. Идите по ходу. К утру выйдете к рыбачьему поселению. Налани вас там подберёт.»

Вера разложила свою медицинскую сумку на лежаке. Раз, гвардеец, сидел на маленькой табуретке у двери, спиной к ней. Меле и Хаак — на полу, прислонившись к стене. Меле держала в руках чётки — местные, из мелких чёрных морских камешков. Хаак держал короткий нож.

— Меле.

— Госпожа?

— Если что — вы знаете ход. Если я скажу — мы идём. Без вопросов.

— Я знаю, госпожа.

— Хорошо.

Меле молилась. Хаак смотрел в пол. Раз — в дверь.

Вера села на лежак. Положила ладонь на левую ключицу. Метка горела. Сильнее обычного. Это, она это поняла позже, было потому, что Аэдрис там, наверху, был в напряжении, и через метку и жемчужину она его чувствовала — впервые так отчётливо. У него внутри было собранно. У него был холодный, ясный, готовый к действию ум. У него не было страха.

Это её странно успокоило.

«У него получится, — подумала она. — Он не из тех, кто проигрывает.»

И она стала ждать.

Корабль без флагов вошёл в бухту через полчаса после заката.

Корабль был средний. Не торговый — боевой, с тонким острым носом и обтекаемыми бортами для скорости. Подошёл к причалу осторожно. Через две минуты с борта спустился трап. Один за другим на причал начали выходить люди — в тёмной одежде, с короткими клинками, без факелов.

Аэдрис считал. Двенадцать. Тринадцать. Четырнадцать. Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать.

Семнадцать вооружённых. На корабле осталось — он по тёмным силуэтам на палубе считал — пять-шесть человек. Налани справится.

Семнадцать на восемь — это было больше, чем хотелось бы. Но Аэдрис на это и рассчитывал. Тропа от причала к дому длинная, узкая, в лесу. На ней по дороге придётся растянуться — иначе они будут падать друг на друга. Двое гвардейцев в высокой траве у тропы возьмут первых четырёх-пятерых до того, как остальные успеют понять, что происходит. Это сократит группу примерно вдвое.

Дальше — поляна перед домом. На поляне — он.

Аэдрис тихо спустился с крыши. Подошёл к мальчику у причала — Кай’ри ждал на чёрных камнях, как и договаривались, в человеческой форме.

— Иди в воду, — тихо сказал Аэдрис.

— Иду.

Кай’ри снял рубашку. Сел в воду по пояс. Пошёл в превращение. Через минуту — он был дельфином, и через десять секунд уже исчез под водой.

Аэдрис вернулся на свою позицию — у поворота тропы. Сел в тени большого дерева. Лук на спине. Клинок в руке. Дыхание ровное.

И стал ждать.

Они пошли по тропе через пятнадцать минут.

Аэдрис их слышал раньше, чем видел — шестнадцать пар ног по утоптанной земле, негромкое позвякивание оружия, тихое чужое дыхание. Они шли цепочкой, не очень близко друг к другу, но и не далеко — метров пять между парами. Передний шёл с маленькой закрытой лампой в руке — света не давала, но он видел тропу. Остальные шли в темноте, на ощупь, доверяя ведущему.