Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 105 – Сия Ник

— Госпожа.

— Да.

— Спасибо.

— Не за что.

— Долг моря — твой. Когда ты захочешь.

— Не сейчас, Кай’ри. Может быть, когда-нибудь. Сейчас — отдыхай. Ты заслужил.

— Хорошо.

И они сидели на песке втроём и солнце уходило в воду.

Дни на острове шли длинные и короткие одновременно. Длинные — потому что в каждом дне было время на разговор, на воду, на молчание, на наслаждение друг другом. Короткие — потому что их было всего четырнадцать.

Каждый день Вера ходила с Аэдрисом к воде. Иногда — только смотреть, иногда — плавать на его спине. Один раз он взял её в большой круг — по всему периметру острова, в драконьей форме, в час полудня. Она держалась за гребень и видела свой остров с воды — длинный, зелёный, со светлыми бухтами и тёмными обрывами. На южной стороне они проплыли мимо маленького рыбачьего поселения — пять домов, два причала, восемь лодок. Рыбаки на причалах увидели длинного серебристо-голубого дракона со всадницей и поклонились в землю. Аэдрис ответил им коротким движением головы.

Каждый вечер они ужинали с Кай’ри, Меле и Хааком. После ужина — на веранде вдвоём, с вином, с разговорами. Однажды Аэдрис принёс свой камень — тот самый чёрный гладкий камень, который он привёз из истока Лазурного Течения. Положил в её ладонь. Она долго его держала. Камень был тёплый и тяжёлый, гораздо тяжелее, чем должен быть камень такого размера.

— Что в нём?

— Не знаю. Никто не знает. Это просто камень из истока. У всех драконов такой. Каждый — со своего течения.

— Тёплый.

— Они всегда тёплые. Даже зимой.

— Можно я его поношу?

— Носи.

Она надела камень — на тонком кожаном шнурке — на шею. Камень лёг под левой ключицей, прямо над меткой. У неё всё там — и метка, и жемчужный диск-жетон, и камень — теперь горело тёплым перламутровым светом.

Каждую ночь — они спали вместе. Не всегда были близки — близость случалась через ночь, через две, по настроению. Но они всегда спали рядом. И Вера за две недели поняла, что это, оказывается, было то, чего ей всю жизнь не хватало больше всего — мужчина, рядом с которым просто хорошо.

Третье письмо от Иссары пришло на двенадцатый день острова.

Талия арестована. Сразу же после второго визита к посреднику — её взяли по выходе. На допросе — призналась через два часа. Назвала имя посредника. Посредника взяли той же ночью. Он сначала молчал. Потом, когда Иссара показала ему документы о его дочерях, которые, оказывается, она уже сама вывезла под защиту, — заговорил. Назвал имя посредника на стороне Верана — это был один из его старших советников. Зовут — Тинн. Шенн его знал — Тинн действительно занимался у Верана «деликатными поручениями».

«Тинн пока не взят, — писала Иссара. — Я жду подходящего момента. Дом Чёрного Течения сейчас в напряжении — они поняли, что мы вышли на цепочку. Веран сидит в своём дворце, никого не принимает, готовит, видимо, ответ. Я ожидаю, что он попытается что-то предпринять в ближайшие несколько дней — здесь, в столице, или к вам, на остров. Будь готов и тут, и там. Возвращаться раньше срока не надо — у тебя выгодная позиция. Иссара.»

Аэдрис прочитал. Передал Вере. Та прочитала. Спокойно.

— У нас два дня, — сказал Аэдрис. — Может быть, три.

— До чего?

— До того, как Веран сделает что-нибудь. Я думаю, что он попробует напасть на остров. Это самое прямое, что он может сделать. Здесь не его территория, здесь нет свидетелей. У него есть быстрое судно. Он попытается прийти ночью.