Книга Хозяйка приюта упрямых чудес, страница 24 – Елена Амеличева

— Нижнюю комнату можно запереть? - быстро спросил маркиз.

Соломея кивнула.

— Можно. Но не обычным ключом.

— А каким?

Она замялась.

— У Алисии был... особый.

Маркиз медленно повернул голову.

— И где он?

Соломея сжала губы.

— Я спрятала.

Вот тут я искренне подумала, что он ее сейчас убьет взглядом. Без всякой крови, разумеется, просто качественно и окончательно.

— Где? - спросил он так тихо, что я сама бы призналась во всех грехах, включая те, которых не совершала.

— В шкатулке у нее в комнате, - выдавила Соломея. - Под фальшивым дном.

— Чудесно, - сказала я. - Пока мы стоим тут, нечто снизу ломится к источнику, а ключ лежит наверху в комнате покойной жены моего почти-мужа. Просто прелестно.

— Я схожу, - тут же сказал маркиз.

— Нет.

Он обернулся так резко, что я чуть не сделала шаг назад.

— Опять нет?

— Да, опять. Вы знаете, что за голос они вам подсовывали. А если по дороге начнут говорить голосом жены?

Он застыл.

Попала.

Мне самой было больно это произносить. Но еще больнее было представить, как он на секунду потеряется.

— Тогда идите вы, - сухо сказал он.

— А я знаю, где ее комната?

— Я покажу.

— А люк?

— Я останусь здесь.

— Один? С котом и Соломеей?

— Вообще-то я тоже здесь, - оскорбился ежекот.

— Прости. С ежекотом.

Стук снизу стал чаще.

Быстрее.

Злее.

Тетка Эвлалия пискнула и спрыгнула с дивана прямо на кресло.

— Я не останусь тут!

— Останетесь, - сказала я. - И поможете держать свечи.

— Почему я?!

— Потому что вы легче всего бегаете глазами и быстрее всех заметите, если что-то полезет из угла.

Она открыла рот, потом закрыла. Видимо, польщена она не была, но логика в моих словах ее убедила.

Маркиз уже шагнул ко мне.

— Быстро. По коридору направо, потом лестница в восточное крыло. Комната с белой дверью.

— А фальшивое дно где искать?

— В нижнем ящике комода. Там резной ирис сбоку.

Я кивнула.

И вдруг он схватил меня за локоть.

— Кларисса.

— Что?

На миг все звуки будто отодвинулись. Остался только он. Его лицо. Его глаза. Близость. Опасная. Невовремя.

— Если услышите что-то знакомое - не отвечайте, - тихо сказал он. - Даже если это будет мой голос.

Вот после этого у меня внутри как будто тоненькая струна натянулась.

— Не отвечу, - прошептала я. - Но и вы тоже. Договорились?

Он смотрел на меня еще секунду.

Потом кивнул.

Я развернулась и побежала.

Коридоры ночью были совсем другими. Длиннее. Темнее. И, разумеется, каждый портрет на стене считал своим долгом осуждающе смотреть мне вслед. Я неслась мимо окон, за которыми метался ветер, мимо столиков, кресел, часов. Где-то в доме заскулил Булка. Где-то наверху плакал Ной. А позади, в гостиной, что-то снова тяжело ударило в люк.

Белая дверь.

Нашла.

Комната оказалась прохладной, тихой и странно нетронутой временем. Здесь все еще пахло лавандой. На спинке кресла лежала шаль. На туалетном столике стояла щетка. И от этого у меня кольнуло сердце так, будто я вошла не в чужую спальню, а в чью-то незажившую боль.

— Простите, - шепнула я в пустоту. - Мне очень нужен ваш ключ.

Комод обнаружился быстро.

Нижний ящик тоже.

Ирис сбоку я нашла не сразу, потому что пальцы дрожали.

Нажала.

Щелк.

Дно приподнялось.

Под ним лежал ключ. Старый, серебряный, с витой ножкой и маленьким камнем в головке. Камень слабо светился голубым.