Книга Мой истинный олень, страница 52 – Эвелина Шегай

Однако Аяка смогла сдержаться, чтобы не указать, как её такую умную в своё время поставили в зависимость от мужской благосклонности, из-за чего она теперь была вынуждена мириться со множеством оскорбительных вещей. Обижать маму она не хотела, но и себя в обиду не собиралась давать, поэтому глубоко вздохнула, успокаиваясь, а потом мягко, но в твёрдо произнесла:

— Мама, я хожу на все свидания, организованные вами. Ни одного не пропустила за последние три года. Но если вы и дальше будете так давить, я могу перестать их посещать.

— Когда ты вернулась из Саларуна, воодушевлённая очередной своей сумасбродной идеей, я дала тебе деньги на открытие бизнеса. Единственным моим условием было, что ты будешь прилежно посещать все свидания и найдёшь себе в ближайшее время мужа, — упрекнула мама. И в её голосе отчётливо звенела обида.

— Помню. А ещё помню, что все деньги до последней копеечки я вам уже вернула. А потом неоднократно безвозмездно помогала.

И снова наступила тишина. Тягостная, царапающая изнутри. От неё хотелось сбежать и спрятаться посреди шумной толпы беспечно болтающих о всяких мелочах сотрудников ателье. Глупо улыбаться с нелепых споров, затеваемых Ёсико и Комацу: какой вкус у чипсов из картона лучше или где у трамвая расположен бензобак?

Однако Аяка продолжала сидеть в спальне и слушать звенящую тишину в трубке.

— Простите, что разочаровала вас, мама.

— Да, я очень разочарована твоим поведением.

Откинув голову на спинку кровати, она прикрыла глаза. Рано или поздно одной из них надоест молчать. И тогда придётся как-то закончить этот бесконечно изнурительный разговор, зашедший в тупик. В сей раз самым нетерпеливым собеседником оказалась мама, которая, прежде чем повесить трубку, выдала прекрасную речь. Речь, сумевшую окончательно добить остатки её хорошего настроения:

— Я не имею над тобой такой власти, какую в старые времена имели надо мной мои родители, поэтому не могу приказывать, что и как тебе делать. Наверное, это даже к лучшему. У тебя не будет повода обвинять меня в своей испорченной жизни. Однако всё же смею надеяться, что тебе хватит благоразумия, чтобы не связываться с мальчишкой, пытающимся заморочить голову сказками об истинности. Не сомневаюсь, тебе наверняка с ним будет какое-то время весело. Но в конце он оставит у тебя на сердце кровоточащую рану, которую нельзя будет шить ни одними нитками. Для семьи нужен взрослый и состоявшийся мужчина. Он, конечно, тоже может ранить. Я тому наглядный пример. Но его удар будет хотя бы не столь глубок. Больше я тебе ничего не скажу. Поступай, как хочешь.

Ближайшие пару дней у неё не выходили из головы неприятные слова мамы, которые под стать маленьким деревянным молоточкам стучали по мозгам. Во многом Аяка была с ней согласна: господин Танака более надёжный кандидат для брака, нежели Шикаяма. Глупо утверждать обратное, учитывая насколько разное у них положение в обществе. Однако все её мысли продолжали вращаться именно вокруг юнца, ведущего себя как ни в чём не бывало. И то, что она, взрослая, умудрённая в том числе и сексуальной жизнью женщина продолжала думать о потерянной ночи и замирать всякий раз, как он оказывался где-то поблизости — особенно раздражало.

— У тебя всё в порядке? — поинтересовалась Ёсико, присев на край стола.