Книга Обреченная на счастье в объятиях тирана, страница 17 – Алла Султанова

— Я же не умею читать, — пожала плечами девушка, — но миледи, прочитав послание, сказала… Радостно так сказала, что герцог прибудет вечером и наконец-то состоятся смотрины.

Рвано вздохнув, я тряхнула головой и выбежала на улицу.

— Мисс Оливия, не бегите так! — выкрикнула моя прислужница, — обождите меня!

Забежав за беседку, я прислонилась к деревянной стене и закрыла глаза. Пытаясь совладать с нахлынувшей обидой, я ударила кулаком по дереву.

— Какая же вы быстрая, мисс, — с трудом проговорила запыхавшаяся служанка, — зачем убежали?

— Не хотела, чтобы вы стали свидетельницами моих слёз, — вымолвила я, смахивая дрожащими пальцами слёзы с щёк. — Ненавижу…

— Кого? — задала вопрос Агата, пытаясь восстановить дыхание.

— Слёзы, — выплюнула я.

Девушка зацокала языком и, скривившись от солнечных лучей, посмотрела по сторонам.

— Никто на нас не смотрит, можете плакать сколько душе угодно.

Я бросила на неё негодующий взгляд и, поджав губы, зашагала к воротам.

— Ну вот… Вы снова бежите от меня, — недовольно протянула Агата, — я же вас предупреждала… Не ходите одна по двору. И не нужно выходить одной за ограждение. Мужики не решатся напасть на двух девиц. А на одну могут позариться. Тем более на такую, как вы.

— А что со мной не так? — с надрывом горестно спросила я. — Что? Ответь, Агата.

Девушка, одарив меня взволнованным взглядом, лишь пожала плечами.

Я, приподняв подол платья, зашагала в сторону леса.

— Вы, мисс, прекращайте истерику, — произнесла Агата, поравнявшись со мной, — девичья доля всегда была незавидной. Чего начинать убиваться, если нету в этом смысла?

— Пора бы это изменить, — едва слышно пробурчала я, перешагивая через поваленное деревце.

— Что мы, простая челядь, что вы, высокородные девицы, — продолжила говорить служанка, идя рядом, — все живём той жизнью, которую за нас выбирают мужчины…

— И это ужасно, — процедила я, устремив взгляд на возвышающуюся гору.

— Нет, — отозвалась прислужница.

Я обернулась на неё и, с недоумением произнесла:

— Неужели тебе не хочется самой распоряжаться своей жизнью?

— Мисс Оливия, мне нравится, как я живу, — ответила служанка. Затем остановилась и, оглядевшись, указала на клёны, — нам туда.

— Ты только подумай, что сможешь сама решить, за кого выйдешь замуж! А не только в какую сторону пойти за грибами…

— А чего вы так разволновались? Все мужики одинаковые, чего их выбирать? — хмыкнула девушка. — Главное, чтобы не бил.

— Что? — выдохнула я, с ужасом уставившись на неё.

— Мой отец бил мать, каждый раз, когда напьётся.

— Бил…? — ахнула я.

— Ага, но сейчас не рискует, — усмехнулась Агата, — братец мой подрос, боязно ему стало руки поднимать на неё. Иначе отхватит от Седрика.

Я даже представить не могла, чтобы отец ударил маму. Но, вспомнив, сколько слёз она пролила, поняла, что нанести увечье можно не только приложив руку.

— Мама… — прошептала, вспомнив своего ангелохранителя.

Она буквально закрывала меня собой, когда отец негодовал по любому поводу… А для этого было достаточно опоздать к обеду на пару минут, купить на ярмарке две ленты, а не одну. Положить два кусочка сахара в травяной отвар вместо одного…

— Чего вы сказали? — спросила служанка, остановившись перед муравейником.

— Ничего, — буркнула я, обходя по широкой дуге муравьиную кучу.