Книга Принцесса и медведь, страница 150 – Марья Зеленая

Виола вздрогнула. Бьорн не пошелохнулся.

— А Сигизмунд знал? — спросила Матильда.

— Нет, конечно, — ответил Рагнар. — Никто не знал. Даже этот малахольный Ингвар.

— И где же Альвейг была все это время?

— Жила в Торвике у своего дяди.

— И почему же она не давала о себе знать?

— Понятия не имею. То ли ее держали взаперти, то ли что-то еще.

— С ума сойти! Но почему эта старая ведьма решила обо всем поведать именно сейчас?

— Хочет выкупить жизнь своего ненаглядного сыночка. Обменять на Альвейг.

— И что вы… что он решил? — Матильда кивнула на Бьорна.

Виола затаила дыхание. Сердце едва не выпрыгивало из груди.

— Завтра Альвейг привезут сюда, — ответил Рагнар, и Виола рухнула в пропасть.

Стало больно дышать, горло сдавило от подступивших рыданий. Она с отчаянной надеждой посмотрела на Бьорна. Сейчас он обнимет ее и скажет, что его чувства не изменились, что все останется как прежде…

Он поднялся со скамьи. Виола застыла, жадно, на пределе улавливая каждое его движение.

— Пойду, наколю дров. — Ни на кого не глядя, он вышел во двор.

Виола взглянула на Матильду. Та опустила глаза. На Рагнара — тот растерянно пожал плечами. Все стало ясно без слов. Это конец. Завтра вернется всеми любимая Альвейг, а она, Виола, больше никому не нужна. Сердце разбилось вдребезги, от души остались одни ошметки.

В комнате воцарилось неловкое молчание. Было слышно, как во дворе сердито стучит топор.

— Поговори с ним! — Матильда ткнула супруга в бок. — Что он собирается делать? Что насчет Виолы?

— Да толку с ним говорить, — буркнул Рагнар. — Он сам не знает, на каком он свете.

— Тогда я у него спрошу.

— Глупая затея. Дай мужику время прийти в себя.

— Да ты на нее посмотри! — Матильда кивнула на Виолу. — Она же сейчас в обморок хлопнется!

С этими словами она схватила Виолу за руку и потащила во двор.

Бьорн колол дрова. Он поставил чурку на колоду, стиснул челюсти и рубанул с такой яростью, словно перед ним был заклятый враг.

Схватил вторую чурку. Размах. Удар.

Третью…

— В бездну! — рыкнул он и в сердцах швырнул топор на землю.

Виола переглянулась с Матильдой.

— Бьорн! — позвала подруга, но тот, не глядя на них, направился к калитке, отворил ее и ушел.

От слез у Виолы защипало в глазах.

— Ну… ты не расстраивайся. — Матильда нерешительно погладила ее по плечу. — Представляешь, какой это для него удар? Он три года считал себя вдовцом. Похоронил жену, оплакал и только-только начал приходить в себя, а тут на тебе. Дай ему побыть одному. Все равно мы не сможем ни на что повлиять. Как он решит — так и будет.

— Да уж. Не завидую я ему, — добавил вышедший на крыльцо Рагнар. — А ты, девица, пойдешь к нему в полюбовницы при живой жене?

— Что? — смысл сказанного не сразу дошел до Виолы.

— Заткнись! — рявкнула Матильда. — Не подливай масло в огонь.

— А что я такого сказал?

— Да лучше б молчал, глядишь бы, за умного сошел.

Виола не слушала их перепалку. Грудь разрывало от боли и обиды, глаза горели от набежавших слез. Не в силах больше терпеть, она зашла в дом, упала на постель и разрыдалась.

Все казалось дурным сном. Бьорн, ее Бьорн — прошлой ночью клялся в любви, а теперь глядит на нее как на пустое место. Неужели она прошла через все эти муки, чтобы обрести его лишь на миг и снова потерять?