Книга Принцесса и медведь, страница 146 – Марья Зеленая

— Хватит людям зубы заговаривать, — вмешалась Матильда. — Вы уже решили, где будете ночевать?

Виола переглянулась с Бьорном.

— Э-э, — замялся он, — у меня еще остался тот дом… где я раньше жил…

«…с Альвейг», — мысленно закончила Виола.

— Да ну, — махнула рукой Матильда, — там уже, небось, все паутиной заросло. Идемте к нам! Свободная койка у нас найдется.

— Хорошо. — Бьорн повернулся к Виоле. — Тогда ты иди с Матильдой, а мне нужно еще кое-чем заняться.

— Чем это? — прищурилась Матильда. — Да ты едва на ногах стоишь. Неужели до завтра не подождет?

— Нет, — отрезал Бьорн. — Надо распорядиться насчет обороны, проверить ворота, выставить дозорных.

— Думаешь, на нас опять нападут? — Виола встревоженно взглянула в его глаза — усталые и воспаленные.

— Вряд ли, но ничего нельзя пускать на самотек.

Рагнар шутливо ткнул его кулаком в грудь.

— Новый ярл сразу взялся за дело. Уважаю.

— Да какой ярл, — отмахнулся Бьорн. — Вот пройдут выборы, тогда и поглядим.

— Ладно. — Матильда обняла Виолу за плечи. — Тогда мы пойдем. Да и вы не задерживайтесь. Ярлам тоже надо иногда отдыхать.

Ночью сквозь сон Виола ощутила, как Бьорн забрался к ней под одеяло, принося уличную свежесть в ее нагретую постель.

— М-м-м, какая ты теплая, — промурлыкал он, сжимая Виолу в объятиях.

— А ты холодный как сугроб, — проворчала она и обхватила его покрепче, растирая ладонями, чтобы согреть. — Ну что, всех заставил плясать под свою дудку?

— Тут бы с одной дерзкой принцессой управиться. — Его рука нырнула ей под рубаху. — Куда уж мне до всех?

Прохладные пальцы коснулись промежности. О-о-о, как приятно! Виола с блаженным вздохом закрыла глаза.

— Детей разбудим, — прошептала она, чуть раздвигая бедра.

— А мы потихоньку.

Легко сказать! Когда подушечка пальца так нежно ласкает самое сладкое местечко, сдерживать стоны становится непосильной задачей. Хорошо еще, хоть занавеска закрывает кровать от любопытных глаз. Вот рубахи летят в сторону, и обнаженные тела сплетаются на постели, обжигая друг друга жаром пылающей страсти.

Чувственные пьянящие губы сводят Виолу с ума. Ее рука скользит по телу возлюбленного. Виола хочет его изучить. Она хочет постепенно открывать для себя этого мужчину, ведь теперь она знает, что он предназначен ей самой судьбой.

Шероховатые бинты, литые мускулы, покрытые жесткими волосами — ладонь неспешно блуждает по его груди. Под пальцами то и дело попадаются грубые шрамы. Их так много, и за каждым скрывается какая-то история. Бьорн обязательно расскажет ей все эти истории. Но не сейчас. Сейчас Виола хочет любви.

Они продолжают целоваться, лежа лицом к лицу, и Виола чувствует, как ей в живот упирается до предела возбужденный член. Она опускает руку и

сжимает твердый упругий ствол. Бьорн судорожно вздыхает, и ей вдруг хочется сделать то, в чем она отказала ярлу. Хочется порадовать любимого изощренными ласками. Ощутить безраздельную власть над сильным мужским телом.

Она опускается ниже.

— Боги! Что ты делаешь? — сдавлено стонет Бьорн, когда она касается члена языком.

Виола не отвечает. Она лижет гладкую головку, пробует ее на вкус. Сперва нерешительно, примеряясь. Бьорн не мешает ей, давая время к нему привыкнуть. Он зарывается пальцами в ее волосы и ласково перебирает спутанные пряди.