Книга Принцесса и медведь, страница 144 – Марья Зеленая

— Не знаю. Впрочем, догадываюсь. Берите оружие, все, кто может его держать!

Люди кинулись к оружейным стойкам и стенам, обильно увешанным мечами, щитами и топорами.

— Женщины и дети — назад! Мужчины, приготовьтесь к бою! Возьмите луки, и убейте каждого, кто сюда войдет! Остальные — прикрывайте стрелков щитами, — принялся командовать Бьорн.

К ним подошла Матильда. В руке она сжимала небольшой топор.

— Идем со мной! — Она взяла Виолу за руку.

— Иди с ней, — велел Бьорн, заметив ее колебание. — Она за тобой присмотрит.

— Будь осторожен, — попросила Виола. — Я не хочу снова тебя потерять.

Он ласково погладил ее по щеке.

— Обещаю.

Матильда отвела ее в глубь зала, где сгрудились вооруженные чем попало женщины и подростки, прикрывающие собой малолетних детей.

Воины встали напротив двери, вскинув оружие и щиты, а несколько лучников нацелили стрелы на вход. На какое-то время все застыли в мучительном ожидании. В напряженной тишине было слышно, как в очаге потрескивают дрова.

— Бабах! — оглушительно распахнулись тяжелые створки.

— Шмяк! — промеж глаз первому чужаку врезался топор. Враг сделал по инерции несколько шагов и, широко раскинув руки, свалился на пол.

— Фьють! Фьють! — засвистели стрелы, поражая незваных гостей.

Короткая заминка, и Бьорн с боевым кличем бросился на противников, своим примером увлекая товарищей. Клинки столкнулись с раскатистым звоном, и все смешалось в сплошную кучу.

Виола с дико бьющимся сердцем пыталась разглядеть в этой сумятице Бьорна, но все происходило настолько стремительно, что разобрать в дымном воздухе, где свои, где чужие, было совершенно невозможно. Вот мелькнула толстая золотистая коса и тут же скрылась в бушующем море дерущихся людей. Вопли, рычание, неистовые удары — битва шла не на жизнь, а насмерть.

Через какое-то время стало ясно, что преимущество на стороне защитников. Они смяли врагов и уверенно теснили к дверям, безжалостно круша их топорами, мечами, а то и голыми руками. В головы чужакам летели кувшины, кружки, обглоданные кости. Распаленные медовухой рюккенцы сражались яростно и неукротимо, и Виола поняла, что победа близка.

Вдруг из толпы вынырнул бородатый верзила с тяжеленной секирой в руках. Увидев женщин и детей, он злобно оскалился и стал приближаться к ним, угрожающе стискивая длинную рукоять.

Виола оцепенела от ужаса. Глаза суматошно заметались по сторонам — но всех мужчин поглотила битва, и ждать помощи было неоткуда.

— Защищайте детей! — выкрикнула Матильда и, прикрываясь щитом, ринулась вперед.

— Мама! — воскликнул Гуннар, и хотел было кинуться ей на помощь, но одна из старух схватила его за руку и оттащила назад.

Матильда яростно налетела на врага и принялась, размахивая топором, порхать вокруг него словно пичуга, отгоняющая кота от своих птенцов. Громила без особых усилий отражал ее удары. Его, казалось, даже забавляла эта игра. Еще немного — и он перейдет в наступление.

Виола в панике оглядывалась по сторонам. Вокруг кипело сражение, и в этом людском хаосе не было видно ни Рагнара, ни Бьорна.

«Что же делать? Никто не придет на помощь! Нам конец!»

Между тем здоровяк прижал Матильду к столбу. Взмах секиры — и от ее щита остались одни обломки. Боже! Нет! Виола и сама не поняла, как выхватила кинжал Ингвара и со всего размаху всадила негодяю в спину. Острое лезвие пробило кожаную броню и как в масло вонзилось в плоть.