Книга Жду трамвая, страница 27 – Дарья Сорокина

— Ты что творишь? – злобно зашипела я на парня, а он уже начал разуваться. Вот так просто. В чужой квартире.

— Я‐то? Сейчас исполню самое заветное желание любой брошенной девушки. – С этими словами он подошел к зеркалу, взлохматил свои волосы и расстегнул до середины молнию на толстовке.

— Какое еще желание?!

Единственным моим желанием было сбежать поскорее. Даже на сенполию плевать. Лишь бы подальше отсюда.

— Ты права. – Юра задумчиво постукивал себя пальцем по нижней губе. – Так непонятно, что у нас что-то было. Кирилл не будет ревновать.

— Что? К чему ревновать?

— Надя, ну чего ты как маленькая. Как будто не знаешь, какие парни собственники. Бросают легко, но сама мысль, что бывшая может найти себе другого, повергает их в ужас. Сейчас мы твоему Кириллу устроим тут настоящую комнату страха.

Надеюсь, мне просто показалось, что слово «страх» он как-то странно произнес.

А потом Юра начал стаскивать с меня одежду, словно я не человек, а ходячий пупс. У него это уже в привычку вошло. А я почти и не сопротивляюсь. Мои ботинки остались в прихожей, новая куртка полетела на пол.

В груди вновь заныло. Слишком уж свежими были воспоминания о разрыве, и вновь захотелось плакать. Все кругом такое знакомое и резало взгляд: телевизор, полки с книгами, рамочки с фотографиями, только среди них не было ни одной моей или хотя бы нашей, совместной.

Только Чудов был лишним в этой комнате, и только на него мне не было больно смотреть. Потому я, не сводя с него взгляда, села на диван.

Юра очень шустро снял с себя толстовку, громыхнул ремнем на джинсах и остался передо мной в одних трусах.

Кирилл вдруг резко потерял несколько баллов сразу по многим параметрам в сравнении с моим спасителем. Кто он там? Бывший капитан волейбольной команды? Явно не только это. Плаванием, поди, занимается, в зал ходит. О! Сноуборд в Шерегеше!

— Ты еще одета. – Чудов недовольно скрестил руки на груди.

— Напомнить, что мы в чужой квартире и хозяин может вернуться с минуты на минуту?

— Я тоже офигел с такого везения. Давай, Надя, что я тебе говорил про твою привычку ломаться?

О нет. Везение – это не про Чудова. Не верю. Он точно все подстроил. Соседку знает, подъезд без ошибки угадал, выжидал чего-то, а потом вломился к Кириллу в квартиру. Беги, Надя! Он реально псих!

— Ты не шутишь сейчас? – без всякой надежды спросила я.

— А похоже? Вот если твой бывший застукает нас в таком виде, то вопросов будет гораздо больше. Ты же не хочешь меня подставить? Или стесняешься чего?

Да тут целый список! Я пыталась вспомнить, какие трусы напялила на себя утром. Лучше не думать. Не буду же я в самом деле изображать в квартире своего бывшего какие-то непотребства с парнем, которого едва знаю?

Но шансов сбежать у меня больше не было. Домофон вдруг оповестил о том, что кто-то воспользовался магнитным ключом. Да блин, Юра, я же предупреждала! И что теперь нам делать?

А делать нечего. Не подставлять же парня, который меня от трамвая спас?

Я принялась стаскивать с себя джинсы и свитер. Вот сейчас я бы от помощи не отказалась. Только кое-кто стоит столбом и не шевелится, а у меня руки трясутся. Видимо, Юра сам был в шоке от моей смелости. Это безумие, настоящее безумие! Я схватила Чудова за руку и утянула на диван. За оглушительным стуком в груди и ушах я не слышала ничего, даже голос моего психа-спасителя доносился словно откуда-то из другой вселенной: