Книга Бывшая жена дракона. Право на сына, страница 59 – Анна Сафина

когда я лишь представила, как личико моего сына покраснело от многочасовых рыданий,

но я постаралась отбросить все эти фантазии из собственной головы, чтобы просто не

сойти с ума.

— В общем, об этом я и хотел поговорить. Каким образом ты там оказалась?

— Что? Ты серьезно?

— Когда я нашел тебя по связи истинных, ты там лежала одна, а дверь была открыта. В

том помещении я унюхал запахи Николетты, ее матери Клары, а также незнакомый мне

мужской запах. Твой аромат не изменился, а значит, ничего непоправимого с тобой не

случилось.

Сразу поняла, что он имеет в виду, но его слова вызвали во мне агрессию.

— Ты и правда считаешь, что шрамы, которые останутся навсегда на моей спине, это

ничего непоправимого и ничего страшного? Что такого должна сделать со мной Николетта

и ее семейка, чтобы ты посчитал, что это серьезные увечья? Я сегодня же пожалуюсь

своему отцу!

Впервые в своей жизни я говорю эту фразу. Что пожалуюсь лорду Дагону. Раньше у меня

не было такой привилегии. Я лишила ее сама себя, так как и сама считала, что ему всё

равно на меня, и он никак не отреагирует на то, что меня кто-то обижает.

Основным моим обидчиком была мачеха, а я всегда помнила, что она его жена. Все всегда

знали, что ночная кукушка дневную перепоет.

Я выросла среди прислуги, так что такие прописные истины знала с самого детства. И

лишь недавно начала осознавать, что все мои предположения были неверными. Почему-то

сейчас мне кажется, что лорд Дагон никогда не интересовался тем, что происходило

внутри поместья.

Мне нравилось фантазировать, что он мог спасти меня от собственной жены, но думать об

этом часто я себе не позволяла. К чему сожалеть о прошлом, когда мне нужно думать о

будущем.

— Только не говори мне, что всё это останется безнаказанным? Или у тебя настолько

кишка тонка, чтобы поставить собственную жену на место? — скривилась я, а затем всё

поняла. — Кто такая ламия, а кто такая леди Николетта, верно? Не нужно мне ничего

объяснять, я уже поняла, чью сторону ты принял изначально. Я была такой дурой, что

поверила, что ты не позволишь ей меня обижать. Иначе зачем тебе делать меня своей

ламией и оставлять в этом доме.

Каждую свою фразу я говорила сквозь зубы и видела, как напряглись скулы Ардена, он

мрачнел с каждым моим словом.

— Ты ничего не смыслишь в политике, Дарина. Не всё так просто, как тебе кажется. Но

Николетта и ее семья еще получат свое наказание за то, что покушаются на то, что

принадлежит другим, особенно мне.

— Что-то незаметно, чтобы в этом поместье хозяином был ты.

Я скривилась и фыркнула, не скрывая своего отношения к его положению в доме. Теперь я

словно перестала бояться его и возможных действий, которые он мог предпринять в

отношении меня. Как оказалось, худшее уже позади.

Он никак не отреагировал на то, что я обвинила его в бесхребетности и в том, что он

не имеет никакого веса в собственном доме.

— Насчет собственных шрамов не переживай, мой дракон всё вылечит.

— О чем ты говоришь, Арден? Ты сам не можешь справиться с собственным зверем, а уже

обещаешь, что он мне поможет.

— Ты мало что понимаешь в связи истинных, Дарина. Впрочем, это неудивительно, в

Империи довольно мало пар, связанных узами истинности. Для тебя дракон готов на

многое, и наши с ним взаимоотношения никак не повлияют на то, что он может сделать в