Книга Последний черновик, страница 86 – Лили Мокашь

— Прикрытие для чего? Да объясни ты наконец!

— Это место – двор судей. – Еще один всхлип. – Они устанавливают здесь меру наказания для вампиров, которые связали жизнь не с теми, с кем должны. Лиза, они узнали о Марке и вынесли приговор. Его ждет казнь.

Телефон потяжелел в моих онемевших руках и, выскользнув из пальцев, упал с глухим стуком на пол. Ильдар хмуро смотрел на меня и ждал, пока я заговорю, но в моей голове металась сотня мыслей. Что, если мы уже опоздали?

— Есения. – В груди у меня свинцом разливался страх. – Где Есения?

— Да в доме еще. Наверняка прихорашивается к нашим вечерним посиделкам или Светозара тискает.

С улицы послышался протяжный вой, и Ильдар переменился в лице.

— Что-то не так. – Он рванул к выходу, а я, позабыв о телефоне, поспешила за ним.

Мы оба перешли на бег, стараясь добраться до дома ребят как можно быстрее. Входная дверь была раскрыта нараспашку, а на пороге, тяжело дыша, лежал их мохнатый пес и протяжно выл.

— Светозар, мальчик. – Ильдар припал на одно колено и ощупал пса. – Ты цел, цел. Все хорошо, мой маленький, я здесь.

Судьба собаки меня интересовала меньше всего, поэтому я не стала церемониться и без приглашения прошла внутрь. В их доме была такая же типовая планировка, как и в нашем, только в их зале словно прошелся ураган. Два стула валялись перевернутые, со сломанными ножками. На полу россыпью лежали крупные осколки вазы вперемешку с полевыми цветами, которые еще недавно добавляли комнате романтичного и легкого настроения. Картина у дивана висела под неестественным углом, а по глади экрана телевизора паутиной тянулись длинные линии – он был разбит.

Я уже подозревала, что здесь произошло, но не хотела верить своим догадкам. Переступив через осколки, я стала звать Есению, как недавно Марка, исследуя каждый закуток дома, но все, что я слышала, – это голос Ильдара, который пытался привести в чувство пса.

Есении нигде не было, как и Марка.

Их забрали. Их отняли у нас.

И по законам клана, вероятно, планировали убить.

Я очнулся от странного шума. Туман постепенно рассеивался, и вскоре я признал в этих звуках хор из нескольких голосов, которые протяжно сливались между собой, наполняя пространство каким-то песнопением. Я был уверен, что нахожусь внутри какого-то здания: здесь было достаточно тепло и сухо. Голова раскалывалась, и было трудно открыть глаза. Из раза в раз я пытался поднять веки, но стоило увидеть перед собой свет, как режущий приступ новой боли вновь находил на меня, заставляя зажмуриться.

— Марк, – посреди песни я расслышал тихий зов. – Марк.

Приложив больше усилий, я все же смог себя заставить открыть глаза. Знакомая узорчатая люстра висела над моей головой, устремляя свет прямо в лицо. Какое-то время мне потребовалось для того, чтобы смириться с болью и перестать жмуриться.

Я лежал на чем-то гладком и твердом. Попробовал пошевелиться и тут же осознал, как затекла спина. Жалкие попытки подняться и осмотреться не увенчались успехом. Руки и ноги были разведены в стороны и чем-то плотно закреплены. Медленно я повернул голову и увидел, как от руки тянется куда-то потрепанная серая веревка. Попробовал подвигать кистью и ощутил, как плотно веревка держится вокруг запястья.

Паники не было. Был только ступор. Банальное непонимание, как я оказался здесь и почему.