Книга Эйлирия. Мужья Наи, страница 42 – Тина Солнечная

— Её дом? — переспросил я, не скрывая иронии. — Браки в их мире не признаются в нашем, ты же знаешь.

Опять эти слова. Зачем я их сказал? Словно пытался её задеть.

— Дарион, не знаю, что на тебя... хотя нет. Я знаю, — Каэл посмотрел на меня с чем-то вроде понимания, сжал руку девушки.

— Ная, — сказал он, назвав её по имени. Она взглянула на него так, будто они только что поделились какой-то тайной. И вздохнула, словно все поняла. Что поняла?

Я прищурился, чувствуя, как раздражение перерастает в жгучее любопытство. Что они могут знать вдвоём? Они знакомы всего сутки. Каэл — мой лучший друг, я знаю его с тех пор, как он научился ходить. Что она могла узнать за ночь, чего не знал я?

— В общем, — продолжил он, словно ничего не произошло, — мы ещё не узаконили свой брак в её мире, зато уже сделали это в нашем.

Его улыбка была самодовольной, и от этого у меня аж зубы свело. Брак в их мире ничего не значил, но брак в нашем… Он забрал её себе.

И тут я понял, почему злюсь. Я и сам хотел забрать её себе. Но теперь не смогу.

Они ушли, а я остался стоять в тишине. Их голоса ещё эхом отзывались в голове, словно пытались вызывать больше раздражения, чем уже было.

Стиснув зубы, я направился в тренировочную комнату. Это был самый простой и действенный способ справиться с эмоциями. Убью время, пока Эрион не вернётся. А потом… пойдём и узнаем, что они хотят нам сообщить.

— Не удивлюсь, если это семеро детей, которых она уже ждёт от него, — пробормотал я сквозь зубы, закатывая глаза.

Мой меч с глухим звуком ударился о манекен, разрезая его по диагонали.

Он поставил на ней свою метку. Она захотела стать его. За сутки. Поверить не могу.

Эта мысль стучала в висках сильнее, чем любые проблемы с разломом.

Она. Хотела. Быть. Его.

И он её забрал. Присвоил. Поимел.

Я взмахнул мечом, вложив в удар больше силы, чем следовало. Манекен разлетелся, и куски его упали на пол с глухим стуком.

От одной только мысли, что он её трахнул, меня охватило жгучее раздражение, переходящее в ярость.

Почему-то желание ею обладать не ослабевало, а лишь становилось сильнее.

Почему именно она? Почему именно он?

Эти вопросы стучали в голове, пока я раз за разом наносил удары по следующему манекену.

Но ответа не было. Только ярость и странное, мучительное желание. А еще то, что она непременно стонала его имя. А должна была стонать мое.

Ная

Дом Каэла оказался совсем не таким, как тот, в котором мы только что были. Здесь было тепло, уютно, а каждая деталь словно говорила о своём хозяине. Никакого мрака или подавляющей атмосферы — всё вокруг излучало гармонию и свет.

Я невольно улыбнулась, проводя рукой по резному деревянному перилам лестницы.

— Теперь он и твой, — сказал Каэл, прерывая мои размышления. Он приблизился, нежно коснувшись моих губ в лёгком поцелуе.

— Это правда, что наши браки тут не считаются? — спросила я, вспомнив разговор с Дарионом.

— Правда, — кивнул он, его голос оставался спокойным. — Но ты моя жена по правилам этого мира. А значит, всё моё — твоё.

— Ты так легко решил отдать мне половину всего? — приподняла я бровь, немного удивлённая его словами.

— Да, — ответил он просто, словно это было нечто само собой разумеющееся.

Я задумалась, вспоминая реакцию Дариона.

— Кажется, твоего друга это тоже смутило, — заметила я, наблюдая за его реакцией.