Книга Экзамен на выживание. Зачет по зельеварению, страница 17 – Елизавета Соболянская

— Адептка, прошу, продемонстрируйте свои умения! – услышали мы из-за двери, а потом магистр Санелиус поставил полог тишины, и мы остались трястись за дверью.

Айлиры не было долго. Мы уже все извелись. А когда дверь наконец распахнулась, я не поверила своему обонянию! В аудитории пахло чаем! Вкусным и редким травяным чаем! А еще печеньем! Магистр Санелиус, строго нахмурив брови, смотрел на меня, и я решительно шагнула внутрь. Меня разбирало любопытство. Корзинка из «Маг и башмак»? Чай? Сдержанное лицо Айлиры и запись «зачет» в ведомости перед магистром!

— Итак, ваша очередь, адептка, подогрейте воду! – бытовик мрачно кивнул на большую керамическую чашку.

Я сосредоточилась и аккуратно нагрела чашку – ровно так, как мы с Айлирой делали в комнате, когда хотели перекусить и выпить чая. Постепенно от воды поднялся парок, а потом она закипела.

— Зачет! – ровным тоном сказал бытовик, и я быстро попрощалась и вышла.

Все вместе не заняло и пяти минут! Так что же Айлира делала в аудитории почти полчаса?

С этим вопросом я и пристала к подруге, как только нашла ее в комнате. Но болотная ведьма просто пожала плечами и заявила, что она грела воду. И только.

После бытовой магии зачеты посыпались один за другим. Немного напрягало нежитьведение. Магистр Говард отлично знал свой предмет и преподавал его просто великолепно. Мы изучали образцы нежити в закрытой секции монстрятника, разбирали на составные части макеты, рисовали следы и перья в специальных альбомах, в общем, делали все, чтобы изучить нечисть, против которой ведьмы боролись не хуже боевиков.

Все портили внешность и харизма магистра. Адептки поголовно по нему вздыхали, строили глазки, подбрасывали записки, игнорируя сдержанность преподавателя. Поэтому на зачет он пришел с самым зверским выражением лица и принялся планомерно доводить самых назойливых ведьм до слез.

Я на магистра Говарда не заглядывалась – учеба съедала все силы, но идти на зачет побаивалась, очень уж грозный у него был вид, да и рыдающие однокурсницы впечатляли. Впрочем, Айлира и тут не стала тянуть – подтолкнула меня к двери, и мы вошли со следующей пятеркой.

Задания выдавались на листах. Нужно было ответить на вопросы, а потом подойти с листом к магистру, который задавал еще пару уточняющих вопросов или молча ставил зачет.

Меня он спросил только:

— Мелкая домашняя нечисть, живущая в сараях с зерном?

— Овинник! – сразу вспомнила я и получила подпись в зачетке. Выдохнула, обняла метлу, покружилась с ней в коридоре и помчалась на артефакторику.

Обычно ведьмы-предметницы сдавали зачеты тем преподавателям, у которых учились рукоделию, помогающему делать амулеты. Однако мой уровень дара позволял делать не только простенькие амулеты, но и более сложные артефакты. Разница заключалась в том, что амулет обычно выполнял одну функцию и требовал регулярной подзарядки. А артефакт мог включать в себя несколько магических потоков с разными функциями и заряжался сам от общего магического фона.

Вот и приходилось мне, такой талантливой, два раза в неделю ходить на факультет артефакторики, на факультатив по простейшим артефактам из природных материалов. Кристаллография и металловедение ждали меня не раньше третьего курса.

Впрочем, пока я сдавала общую теорию артефактов, а впереди были еще защитные (подраздел боевых) и целительские, поскольку небольшая магия исцеления у меня тоже присутствовала.