Онлайн книга «Ты меня бесишь»
|
Он смотрел на неё, и в этом взгляде смешалось всё: гнев, боль, страх и что-то ещё — то самое, что мелькнуло в брачную ночь перед тем, как он ушёл. — Убирайся, — сказал он глухо. — Из этой комнаты. Из моей жизни. Иди в свою спальню и не выходи, пока я не позову. Лира медленно обошла его, направляясь к двери. У порога остановилась. — Я не жалею тебя, Дэймон, — сказала она, не оборачиваясь. — Но я понимаю. Это хуже. И вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. * * * В коридоре Лира прислонилась к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Она только что видела его — настоящего. Без маски, без брони, без ледяной надменности. Раненого, злого, бесконечно одинокого. «Что я наделала? — думала она. — Зачем полезла? Теперь он будет ненавидеть меня ещё сильнее.» Но где-то в глубине души другой голос шептал: «Ты сделала правильно. Он должен знать, что кто-то видит его настоящего.» Она пошла в свою комнату, но не для того, чтобы спрятаться. Села у окна, глядя на город, и думала. Фотографии не выходили из головы. Счастливый мальчик, любящие родители — и пустота, которая пришла после. Она знала, что такое терять. Сама потеряла всё, когда её, ещё щенком, выбросила родная мать, не захотевшая растить «бездарную омегу». Но у неё хотя бы не было воспоминаний о счастье. А у него — были. И это делало боль острее. «Вот почему он такой, — поняла Лира. — Вот почему он отрицает истинность. Он видел, что она сделала с его родителями. Он боится повторить их судьбу.» И от этого понимания внутри разлилась странная, горькая нежность. Она не любила его. Нет. Но она начинала его понимать. А понимание — это первый шаг к чему-то большему. К чему — она пока боялась признаться даже себе. * * * В кабинете Дэймон сидел в кресле, сжимая в руках ту самую фотографию, которую она видела. Мать, отец, он — маленький, счастливый. Семья. — Почему? — спросил он у пустоты. — Почему именно она? Почему именно сейчас? Ответа не было. Только тишина, нарушаемая гулом города за окном. Он злился. Злился на неё за то, что посмела залезть туда, куда не звали. Злился на себя за то, что не запер дверь. Злился на судьбу за то, что подсунула ему женщину, которая видит его насквозь. Она сказала, что не жалеет. И это было хуже всего. Жалость можно было оттолкнуть, высмеять, растоптать. А понимание… Понимание требовало ответа. Требовало открыться. А он не умел открываться. Разучился. Забыл, как это делается. — Не лезь, — прошептал он, глядя на фотографию матери. — Не лезь в мою душу. Там давно пусто. Но он знал, что врёт. Там не было пусто. Там была она — Лира, изгой, жена понарошку, которая умудрилась пробить брешь в его стенах. * * * Вечером Лира решилась выйти на кухню. Готовить она умела — в стае приходилось и за себя постоять, и еду добывать. В холодильнике нашлись продукты, и она соорудила ужин — простое мясо с овощами, пахнущее так, что слюнки текли. Она поставила тарелку на стол в гостиной и уже собралась есть, когда в дверях появился Дэймон. Он выглядел усталым. Под глазами залегли тени, рубашка мятая, волосы растрепаны. Он посмотрел на неё, на тарелку, и в его взгляде мелькнуло что-то странное. — Ты готовишь? — спросил он хрипло. — Есть надо, — ответила Лира коротко. — Если хочешь — там есть ещё. |