Книга Желание богов, страница 169 – Тан Ци

Лянь Сун дождался, пока она закончит, прежде чем заговорить:

— Ты не то чтобы не хочешь выбрать меня. Ты думаешь, что не можешь это сделать.

Он немного помолчал.

— И это печалит тебя, да?

Чэн Юй широко раскрыла глаза, но не ответила.

Лянь Сун приблизился. Когда княжна осознала, что между ними почти не осталось пространства, она попыталась отступить, но третий принц тут же обхватил ее за талию левой рукой с веером. Чэн Юй дернулась. Вырваться не получилось. Тогда она подняла голову и растерянно посмотрела на Лянь Суна.

Тот притянул ее ближе, наклонил голову.

Когда взгляд третьего принца встретился с ее наполненными слезами глазами, ему показалось, что он смотрит сквозь дымку на озере.

Лянь Сун поднял руку, коснулся ее лица и прижал ладонь к щеке.

— Какая холодная, – прошептал он, нахмурившись.

Молодой бог мягко и плавно провел по ее щеке ладонью и замер, словно пытаясь отогреть лицо девушки. Чэн Юй не выдержала и схватила его руку, словно пытаясь оттолкнуть, но так и не смогла этого сделать. Смогла лишь беспомощно попросить:

— Не надо так…

Он остановился, но не убрал ладонь.

Его взгляд был настолько сосредоточен, будто третий принц пытался запечатлеть ее печаль и смятение в памяти. Как будто ему нравилось видеть, как из-за него она утратила власть над собой, как из-за него ее сердце страдает.

Когда Чэн Юй уже почти не могла выносить этот пристальный взгляд, Лянь Сун наконец заговорил:

— Если бы этот брак действительно можно было отменить… ты бы пошла со мной?

Сердце княжны сжалось от боли.

На этот раз она оттолкнула его руку, отвернулась и искривила губы в горькой улыбке.

— Разве такое возможно? Мы оба знаем, что это неизбежно…

— А если бы было возможно? – настойчиво повторил он.

— Если бы… – эхом отозвалась Чэн Юй.

Ее глаза наполнились слезами. Она закрыла их, пытаясь сдержать рыдания.

— Но между нами встал не только этот брак, третий братец Лянь… Ты же знаешь, кого ты на самом деле…

— Довольно, – резко оборвал ее он. – Не говори того, что выведет меня из себя.

Чэн Юй вздрогнула и, как он и хотел, замолчала.

Будто опасаясь, что напугал ее, Лянь Сун наклонился ниже и прижался лбом к ее лбу.

— Не бойся, – прошептал он и затем добавил: – Я все серьезно обдумал.

Чэн Юй отчаянно подумала, что должна оттолкнуть его. Нельзя им снова так вплетаться друг в друга. Нельзя снова так сближаться. Княжна знала: если бы она вырывалась изо всех сил, Лянь Сун бы ее не удерживал. Но он понимал: она не хочет его отталкивать.

Она не хочет. И потому не может.

Как же Чэн Юй была в себе разочарована.

Вот только не могла ничего с собой поделать.

«В последний раз, – подумала Чэн Юй. – В последний раз почувствовать его тепло».

И сдалась, позволяя ему прижиматься лбом к ее лбу и слушая его тихие слова.

Молодой бог, не знавший о ее терзаниях, негромко продолжал:

— Тогда ты сказала, что я люблю Чан И. Что «со стороны виднее».

Уголки его губ дрогнули в язвительной насмешке, но голос звучал все так же мягко. Словно он считал Чэн Юй хрупкой драгоценностью, которая требовала самого нежного, самого чуткого обращения – и в делах, и в словах.

— Но после нашего разговора я еще раз хорошенько все взвесил. И по-прежнему уверен, что это не так.

Чэн Юй подняла на него взгляд:

— Ты…

Их лица оказались так близко, что дыхание смешалось.