Книга Желание богов, страница 142 – Тан Ци

— Я отношусь к Чан И не так, как ты думаешь.

В конце концов Лянь Сун смог выдавить только это. И сам понимал, насколько беспомощно это прозвучало. Но разочарование, написанное у нее на лице, и гнетущее чувство в его собственной груди сдавили горло, не позволяя сказать больше.

И тогда он увидел, как она заплакала. Слезы появились внезапно, сразу после его жалкого оправдания.

Чэн Юй все равно не верила ему, с горечью подумал он.

— Я, наверное, ненавижу тебя, – тихо произнесла она.

Она много раз плакала при нем, и ее слезы были ему хорошо знакомы. Когда ей было очень больно, она плакала навзрыд. Но когда боль становилась невыносимой, ее слезы текли спокойно. Безмолвно.

— Я знаю, что у меня нет причин ненавидеть тебя. Ты говорил мне держаться подальше. Это я не послушалась, и вот он, итог. Это я виновата. Но я все равно не могу не ненавидеть тебя.

Она вздохнула. Слова ее звучали решительно, но, когда она повернулась к нему, ему открылись будто покрасневшие от ветра уголки глаз, делавшие ее хрупкой и уязвимой. Однако ее отказ был твердым, как камень.

— Генерал, в этой жизни я не хочу видеть вас снова.

Словно поток ледяной воды обрушился ему на голову. Холод проник в самое сердце. Лянь Сун окаменел.

Она вызывала у него жалость, и она причиняла боль.

Раньше третий принц считал ее всего лишь маленькой избалованной девочкой, не ведающей, что такое любовь. Потому, когда он сказал много холодных и жестоких слов, рвущих все связи между ними, то думал, что не ранит ее глубоко. «Что она может понять? Страдаю только я». Но теперь он осознал, как сильно задел ее. Лянь Сун не мог винить ее за то, что она окружила себя защитными стенами, не мог винить за недоверие и уж тем более – за желание никогда его больше не видеть.

С этими словами Чэн Юй повернулась к нему спиной и повторила:

— Поэтому, генерал, пожалуйста, уходите.

Мир вокруг замер. Лянь Сун почувствовал, как холод сковывает его тело, проникая в самое нутро. Казалось, он рухнул на дно Северного моря, в ледяную пучину, где карают преступников.

Караван двинулся на запад. Согласно карте, через два дня они должны были достичь Изумрудного озера – сердца пустыни. За ним простирались бескрайние барханы.

Тихая река Санжоу спускалась с нагорья, огибая безмолвные пески, и там, где ее поток останавливался, лежала граница между Великой Си и Уносу.

Наставник государства, одной рукой придерживая поводья верблюда, а другой – карту, недоверчиво обратился к Тянь Бу:

— Госпожа Тянь Бу, вы служите его высочеству много лет и, должно быть, хорошо его знаете.

Небожительница скромно ответила:

— Не смею так считать.

Су Цзи словно не услышал ее попыток самоуничижения и продолжил:

— Как вы думаете, что вообще происходит? – Он вздохнул. – Если он все-таки не мог отпустить госпожу, раз уж нашел ее, почему просто не забрал ее с собой? Вместо этого мы уже несколько дней следуем за караваном, и если так пойдет дальше, то лично проводим госпожу к принцу Миньда!

Тут его осенило.

— Неужели… он и правда собирается так сделать? Решил, что раз у них с княжной нет будущего, то лучше самому передать ее в надежные руки? Чтобы ее жизнь была спокойной и он мог быть уверен, что с ней все хорошо?..

Третьего принца и княжну Хунъюй связывали сложные, запутанные чувства. Наставник государства, как человек, далекий от мирских страстей, не разбирался в любовных делах, но был преданным другом и жаждал заиметь достаточный запас знаний в области чувств, чтобы поддержать близких в тяжелые времена. Поэтому в последнее время он усердно изучал книжки о любви, полные страданий и страсти.