Книга Дрэгон Хай. Мелодия любви. Часть 1, страница 17 – Анна Алексеева, Деймон Краш

— Я ни к кому не лезла, – процедила я и чуть крепче сжала руль. – И если вы действительно поклонницы Аэриса, то должны были видеть утреннее интервью, в котором он всё опроверг.

— Ой, она его по имени называет! – взвизгнула третья, худенькая девица с объёмной копной рыжих кудрей. – Слышали?! Без “мастера”! Это верх непочтительности!

Я почувствовала сзади какое-то движение и обернулась. Парни подходили ближе. Переулок был узким: старые каменные стены возвышались с обеих сторон, под ногами серела выщербленная мостовая, о которую я запнулась, сделав небольшой шаг вперёд и потеряла равновесие, поскользнувшись на мокрых жёлтых листьях.

Моя неловкость неожиданно обрадовала парней, которые выдавили из себя по хищному смешку. Все шестеро, казались, были драконами – или, по крайней мере, полукровками. И ситуация начинала дурно пахнуть. Но с велосипедом и коробочками с едой мне было никак не уехать отсюда, пока мне перекрывали дорогу.

— Послушайте, – я постаралась сохранять спокойствие в голосе. – Мне всё равно, что вы обо мне думаете. Но еда остывает, а люди ожидают свой заказ. Просто пропустите меня, и сделаем вид, что ничего не было.

— Нет, – сказала блондинка. – Ты так просто отсюда не уйдёшь. Мы должны убедиться в том, что больше подобного не повторится.

— Ты должна понести наказание, чтобы хорошо запомнилось, как вести себя не стоит, – добавила рыжая, а высокая кивнула парням.

Всё произошло быстро. Один из них схватил велосипед за заднее колесо и рванул его на себя, заставив меня потерять равновесие. Мне удалось удержаться, но лишь на мгновение, потому что в следующее мгновение второй толкнул меня в плечо, и я упала в мокрую подгнившую листву, больно ударившись коленом о мостовую. Велосипед с грохотом повалился на бок, но коробоки, перевязанные белыми полотенцами, не раскрылись, и содержимое не оказалось на мостовой. Мама была достаточно предусмотрительной и всегда перестраховывалась. И вот сейчас это оказалось весьма кстати. Вот только сумка с глиняным горшочком соскользнула с плеча и со стуком упала на камни.

— Ой, какая неловкая, – протянула высокая. – Даже на велосипеде кататься не умеет. Куда ей до мастера Аэриса.

Я поднялась и, как могла, отряхнула испачканные штаны. Зашипела от боли. Кажется, я разбила коленку: сквозь ткань проступило тёмное пятно – то ли кровь, то ли просто грязь.

Хуже было другое. Парни не отходили. Один из них – крупный, с тяжёлой челюстью – смотрел на меня сверху вних и медленно доставал из кармана что-то маленькое и блестящее. Я не сразу поняла, что это карманный артефакт для создания изображений. Кажется, их называли “фато-артефактами”. Или “фото”...

Я одёрнула себя. Какая разница, как называется эта штука. Ясно одно: эти ребята действительно не из простых смертных и наверняка помимо чрезмерного самомнения обладали связями. У меня против них не было и шанса.

— Значит так, дорогая, – сказал он, и от его голоса меня пробил озноб. – Сейчас мы с тобой сделаем пару картинок. Таких, после которых ты и на милю к “Дрэгон Хай” не подойдёшь. И вообще будешь тише травы ниже воды.

— Наоборот, – заметила я. – Тише воды и ниже травы.

— Умная, да? – он усмехнулся и сделал ещё шаг. – Посмотрим, какая ты будешь умная через пару минут.

— Не трогайте меня, – сказала я, и голос мой прозвучал твёрже, чем я ожидала. Может, потому что я уже успела подготовиться. Может, потому что в этот момент злость пересилила страх.