Онлайн книга «Дитя Меконга»
|
— Я… — А кто такой этот Кхем, что тётушка Нэн так побледнела?.. – растерянно спрашивает Ним, перетягивая всё внимание на себя. – Пи? — Давайте есть. Нок убирает руку с запястья Тона и тянется к мясу ложкой, будто спеша сменить тему. Тётушки в столовой уже нет, словно и не было. Только на краю стола стоит блюдо с креветками. «Кто такой этот Кхем?.. – мысленно повторяет вопрос Ним Тон и дополняет его: – И что с ним случилось?» Он даже знает, кто может дать ответы на эти вопросы, однако… Тон не знает, стоит ли их задавать. * * * «Я так рада, что у моего брата появился друг. Знаешь, Пи, у него совсем нет друзей», – звучит в голове отголосок сказанных за столом слов. Тону кажется, что он будто до сих пор слышит этот доверительный, но достаточно громкий шёпот Ним. «Нет друзей?» Тон окидывает взглядом замершего у шкафа Нока. От ворчаний сестры Нок прикрылся работой и невозможностью выделить время на встречу с аналогично занятыми друзьями, однако… Ним была права, когда упомянула клуб плавания, на него у Нока время находится. «А сам-то? – напоминает себе Тон, отводя взгляд. – Один друг, да и тот из детства. Может, у него так же…» — Держи, – прерывает поток мыслей голос Нока, а рядом с Тоном внезапно ложится стопка постельного белья и одеяло. — Если на диване будет неудобно, скажи. — И что вы сделаете, Пи? – Губы Тона растягиваются в чуть кривоватой улыбке, мягкой, но вместе с тем колко-поддразнивающей. Одежда Нока, диван Нока в его комнате, тёплое одеяло, что будет дальше? — Кровать большая, ты мне не помешаешь. К тому же я уже знаю, что спишь ты спокойно. Нок возвращает улыбку, заставляя Тона растеряться, а сердце вздрогнуть. Память подбрасывает тени детей на кровати и то, как отреагировала та женщина на имя «Кхем». — Я не всегда сплю спокойно, Пи. Вчера вам просто повезло. — Предложение в силе. Диван может быть для тебя коротковат. — Спасибо, Пи. Я учту. * * * Диван действительно оказывается коротковат, но достаточно широк, чтобы подтянуть колени к груди, как Тон привык. Он думает, что не уснёт, не после того театра, что устроили ему тени, не после мыслей о призраках… Однако стоит пригреться под одеялом, как глаза начинают слипаться. Работающий кондиционер только способствует этому, будто напевая своим шуршанием механическую колыбельную, и Тон постепенно уплывает, чувствуя, как его подхватывают невидимые волны. Ему даже чудится их звук, шорох, с которым вода облизывает песчаный берег… — Пи! Вскрик: громкий, отчаянный, вырывает Тона из сонного марева, возвращая в реальность. В прохладную темноту, разбавленную пробивающимся с улицы светом ламп. — Пи! Не надо, не трогайте! Тон и сам не понимает, как оказывается на ногах. Вот только что он лежал под одеялом, обнимая колени, а теперь уже стоит, обернувшись к кровати. От тихого болезненного стона всё сжимается внутри Тона. Всего несколько шагов: широких, нетерпеливо-быстрых, и пальцы, нащупав кнопку, включают один из светильников. Свет вспыхивает, мягко озаряя комнату, и больно бьёт по глазам, вышибая слезу. На мгновение теряется чёткость картинки, но это не мешает ему слышать и… чувствовать. — Больно… Тихий всхлип иглой колет где-то под рёбрами, и Тон опускается на край постели. Туда, где ещё совсем недавно была подушка-обнимашка, нашедшая своё новое место на полу. К Ноку, который теперь повторяет любимую позу самого Тона и прижимает к груди колени. |