Книга Странник, страница 69 – Рина Когтева

— Тысячу двести двадцать восемь, – чеканит Сентек.

То ли проекции VI династии не отличались качеством, то ли Нисвенду удается осознать эту в общем-то, достаточно шокирующую информацию, не выразив потрясения.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу задать Великому Царю вопрос, если это будет мне дозволено, – Сентек снова кланяется.

Великий Бог Нисвенд Баш коротко кивает, разрешая ему говорить дальше.

— Если мне будет дозволено, я хотел бы узнать, что вы сделали с человеком по имени Эсвель?

Кто такой Эсвель? Я судорожно пытаюсь вспомнить это имя и хлопаю себя по лбу. Идиот! Ну откуда ты можешь знать этого Эсвеля, Морн, если Сентек спрашивает о нем Нисвенда Баша, который по временной шкале ближе к сотворению мира, чем к нам? Но Сентек-то откуда его знает? Еще одно открытие состоит в том, что проекции VI династии были все-таки не слишком плохи, на лице Нисвенда отражается сначала удивление, потом отвращение, а потом… страх? Проекция мигает, кажется, Великий Бог решил закончить беседу.

— Нет, нет, нет, – останавливает его Сентек. – Не заставляйте меня вызывать вас еще раз. Если потребуется, я сделаю это сотню раз, а то и тысячу.

И Нисвенд не исчезает.

— Если прошло столько лет, то откуда ты можешь знать об Эсвеле? – спрашивает Бог.

— Я нашел его гробницу на Желтой земле.

Все интереснее и интереснее, а ведь он ни разу даже об этом не намекнул.

— И что было внутри?

— Беспорядок, Великий Бог, но я все восстановил.

И снова на лице Нисвенда появляется удивление.

— Ну да, ты же художник…

— В меру своих скромных сил, – Сентек снова кланяется. – Я узнал почти все про Эсвеля, про Та-Нечер, – при этом странном слове Нисвенд вздрагивает, – но я так и не узнал, что вы с ним сделали. Я прошу Великого Бога рассказать мне об этом.

Нисвенд молчит.

— Сколько, ты говоришь, прошло лет? – наконец, спрашивает Бог.

— Тысячу двести двадцать восемь.

— Меня еще кто-нибудь помнит?

Весьма жалкий вопрос, но, как ни печально это признать, весьма популярный у «покинутых» Богов. Большинству из них все-таки хватает здравого смысла понять, что они вряд ли будут пользоваться почитанием после смерти.

— Нет, – Сентек качает головой. – Великого Царя Нисвенда Баша не помнит никто. Я и сам узнал про вас только из надписи в гробнице Странника.

Странник? Вероятно, это и есть тот самый Эсвель.

— Ну, – Бог кривится, – раз ты со мной разговариваешь, то зачем-то я все-таки нужен. Так что еще намалевано на стенах его гробницы?

— Почти все, кроме того, что с ним стало.

— Даже то, как найти Та-Нечер?

Ну вот, прибавляем к головоломке еще и Та-Нечер, чем бы это ни было.

Сентек усмехается.

— Ну, из этого не было смысла делать секрет по причинам, которые вам прекрасно известны.

— Да, – Нисвенд кивает. – Так себе тайна, если уж на то пошло. Ладно, Сентек из храма Даран, я расскажу тебе, что я с ним сделал. Он пробыл в Та-Нечер почти год, потом вернулся, потом снова улетел на несколько месяцев и оставался там, пока еще была возможность вернуться обратно. Скажем так, он дотянул практически до последнего, и, как оказалось, у него были на то свои причины. Он кое-что привез с собой…

— Что? – перебивает Сентек.

— Маяк.

— Маяк?

— Передатчик, ретранслятор… не знаю, как вы сейчас это называете. Нечто, что определяет место, до которого нужно добраться.