Книга Укрощение строптивой некромантки, страница 88 – Виктория Серебрянская

— И оставить вас без наставника? — блондин приподнял бровь, его глаза искрились озорством. — Ни за что. К тому же, этот кот спас нас. Думаю, он заслуживает медаль за храбрость.

Я фыркнула, чувствуя, как адреналин медленно тает в крови, уступая место приятной усталости и пьянящей эйфории. Мы стояли в густой тени, все еще держась за руки, и я вдруг осознала, что, несмотря на весь этот хаос, так весело мне не было… никогда... Тер Эйтель повернулся ко мне, его взгляд, обычно острый и ироничный, оказался неожиданно мягким, точно бархат, а улыбка — теплой, как солнечный луч, пробивающийся сквозь тучи. Он легонько сжал мою ладонь, и это прикосновение, едва уловимое, заставило мое сердце биться быстрее. Я невольно затаила дыхание, мои губы чуть дрогнули, словно в ожидании чего-то большего, чего-то, что могло бы навсегда изменить этот момент.

— Ну что, принцесса, готовы к следующему уроку? Или на сегодня достаточно приключений?

Охватившее меня разочарование оказалось острым, как стальной клинок. Но я постаралась не выдать досаду. Закатила глаза, правда, сердце в груди колотилось уже не только от бега. Некромантия, стража и этот невыносимый блондин… что может быть хуже? И все же я знала, что уже с нетерпением жду следующей вылазки.

После эмоционального всплеска всегда неизбежно наступает реакция. А я еще и магичила этой ночью. В общем, адреналин потихонечку таял, уступая место нарастающей усталости. И вскоре у меня уже слипались глаза, до того хотелось спать. Так что как добиралась до дворца, я не запомнила. Более-менее в голове отложилось, как меня раздевали скелеты, как баронет поддерживал под локоть, помогая забраться в ванную, полную горячей воды с ароматной пеной. Как бывший эльф держал для меня полотенце, как камердинеры втроем, под ручки вели меня в постель. Дальше в голову была пустота. Я даже не запомнила, провожал и блондин меня до комнаты или же только до жилого крыла императорской семьи.

Утро ворвалось в мою спальню с наглостью солнечного луча, который пробился сквозь тяжелые бархатные шторы и ткнулся мне прямо в лицо, будто проверяя, жива ли я после вчерашнего. Я застонала, пытаясь спрятаться под одеялом, но аромат свежесваренного кофе, смешанный с умопомрачительным запахом булочек с корицей и ванильным кремом, подло выманил меня из постели. После ночного эмоционального урагана и магических фокусов тело ныло, словно я сражалась с драконом, а не просто разбрасывалась заклинаниями. Голова гудела, но в груди все еще теплилась странная эйфория, будто я вчера не просто избежала разоблачения, а украла у судьбы пару лишних часов счастья.

Камердинеры, как всегда, расстарались: стол в гостиной был накрыт так, будто я должна принимать послов из пяти королевств. Серебряные подносы ломились от фруктов, сияющих, как драгоценные камни, — алые ягоды, золотистые персики, изумрудный виноград. В центре красовалась корзина с теми самыми булочками, еще теплыми, и кофейник с кофе, от которого поднимался ароматный пар. Рядом стояли кувшинчики с медом, сливками и каким-то подозрительно искрящимся сиропом — наверняка опять эксперимент придворного алхимика. Я плюхнулась в кресло, обитое алым бархатом, и тут же пожалела: спина мстительно напомнила, что вчерашний забег по темным переулкам был не лучшей идеей.