Книга Бракованная адептка драконьего куратора, страница 52 – Алекс Скай

Лиана появилась рядом сразу, как только Рейнард отошёл достаточно далеко.

— У тебя лицо такое, будто ты только что узнала, что бальный пол построен на костях чьей-то репутации.

— Хуже. На протоколах.

— Фу. Даже для Академии мерзко.

Торен подошёл следом, держа в руках бокал, из которого, судя по его лицу, он не собирался пить и просто использовал как светский щит.

— Ты увидела что-то во время танца?

Я кивнула.

— На руке ректора знак. Такой же, как на оборванной странице магистра Сор. Или почти такой же.

Мира, стоявшая чуть позади, тихо сказала:

— Семь линий, кольцо и перечёркнутое крыло?

Я обернулась.

— Ты знаешь?

Она не стала делать вид, что удивлена моему вопросу.

— Видела похожий в старой молитвенной комнате западного корпуса. Его пытались стереть с камня. Не до конца получилось.

Лиана уставилась на неё.

— И ты молчала?

— До сегодняшнего дня у нас не было второго знака.

— Мира, иногда ты так бережёшь тайны, что хочется потрясти тебя за плечи.

— Не поможет. Я крепко стою.

Несмотря на напряжение, я едва не улыбнулась.

Бал продолжался, но для нас он закончился. Мы держались у края зала до тех пор, пока внимание к нашему танцу немного рассеялось и новая волна сплетен увлеклась спором между двумя молодыми драконами из южных родов. Потом Мира первой ушла в сторону галереи, Лиана — через пару минут, Торен — ещё позже. Я задержалась у колонны, выслушала два холодно-вежливых замечания от незнакомых дам о “смелом выборе платья” и только после этого направилась к выходу.

Северная галерея встретила тишиной и синим светом зимних кристаллов. За окнами темнел внутренний двор Академии, белые башни казались вырезанными из кости и льда, а по мостам между корпусами скользили редкие огни. Третья дверь от арки оказалась узкой, почти незаметной, без герба. Торен открыл её тонкой медной пластиной, не ломая замок, а будто уговаривая его вспомнить, что он не обязан быть вредным.

— У тебя талант к сомнительным дверям, — сказала Лиана.

— Это не сомнительная дверь. Это забытая служебная.

— Разница?

— Сомнительные иногда сами хотят тебя впустить. Забытые обижаются, что о них вспомнили.

Комната за дверью оказалась маленьким архивным проходом. На стенах стояли шкафы с узкими ящиками, в углу — пыльный стол, над ним — потускневшая лампа. Здесь явно давно не работали, но помещение не было заброшено полностью. Пыль лежала тонко, ящики закрыты ровно, а у дальней стены виднелась ещё одна дверь, на которой не было ручки.

Магистр Элиана Сор уже ждала нас.

Я не удивилась. После этих дней удивляться стоило только тому, что кто-то в Академии ещё мог прийти вовремя и не попытаться объявить это закрытым протоколом.

— Быстро, — сказала она. — У нас не больше получаса. После бала ректор проверит северные связки.

— Вы знали о знаке на его руке? — спросила я.

— Подозревала.

— И тоже молчали?

Вопрос вышел резче, чем я хотела. Но после Рейнарда, после Арденов, после всех старых недомолвок терпение стало тонким.

Магистр Сор не обиделась.

— Да. Потому что подозрение без доказательств в этой Академии превращается в повод убрать подозревающего от архива. А мне нужно было остаться рядом с документами.

— Документы спасать легче, чем людей?

— Нет, Илария. Но иногда без документов людям даже не верят, что они были.