Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 69 – Алекс Скай

— Где они? — спросила она, едва экипаж остановился.

Тиш закашлялся, махнул рукой к пекарне.

— Снаружи! Лисса и Рина у Осты. Горд вывел их через задний двор. Кир… ой, Кир тут. Марта, не бейте, я не успел…

Марта схватила его за плечи.

— Ты цел?

— Да.

— Девочки целы?

— Да.

— Печь?

Тиш побледнел.

— Печь не треснула. Но дом горит.

Элина побежала.

Пекарня горела не вся.

И это почему-то было страшнее.

Огонь шёл по боковому навесу, по части крыши у амбара, по сухим старым доскам, которые Горд ещё не успел заменить. Пламя лизало заколоченное окно на втором этаже, рыжими языками цеплялось за балки, бросало искры на снег. Дым валил чёрный, густой, злой.

Но главный зал, где стояла печь, светился изнутри не рыжим пожаром.

Алым.

Ровным.

Как сердце, которое отказалось умирать.

— Воду сюда! — кричал Горд. — Не на печную стену! На крышу! На крышу, дурни!

Оста стояла у забора, удерживая сразу Рину и Лиссу. Рина прижимала к груди свою половину печати, и та светилась сквозь пальцы. Лисса плакала беззвучно, но не вырывалась.

Когда она увидела Элину, губы её задрожали.

— Мы не открывали дверь! — крикнула она. — Честно! Она сама начала стучать, а потом во дворе запахло дымом!

Элина подбежала к ним, опустилась на колени и обняла обеих сразу.

На мгновение весь пожар исчез.

Остались только два дрожащих тела, горячее дыхание Рины у плеча, тонкие пальцы Лиссы, вцепившиеся в её рукав.

— Вы живы, — сказала Элина.

— Мы выбежали, — прошептала Рина. — Но печь сказала не уходить далеко.

— Печь сказала? — Марта возникла рядом. — Когда это печь начала командовать детьми без меня?

Рина всхлипнула и почти рассмеялась.

Тиш подбежал к ним.

— Я пытался вынести список заказов, но он загорелся по краю, и я его затоптал. Почти весь цел. Только слово “долг” теперь выглядит как “дол”.

— Заказы потом, — сказала Элина.

— Но договор с северными…

— Потом, Тиш.

Он замолчал.

Потому что понял: если хозяйка сказала “потом” не резким голосом, а тихим, значит, дело серьёзнее списка.

Кир уже был у горящей стены. Вместе с Гордом и двумя мужчинами из нижнего квартала он оттаскивал доски, чтобы огонь не перешёл к главному входу. Ардан помогал людям у колодца, закатав рукава прямо поверх дорогого камзола. Никто не отдавал ему приказов. Он сам встал в цепь, передавал вёдра, удерживал женщин от слишком близкого подхода, говорил коротко и спокойно.

Рейнар прибыл позже.

Не намного.

Но эти несколько минут показались Элине странно важными.

Сначала над дорогой пронёсся горячий ветер. Потом на снег легла огромная тень. Люди вскрикнули и отпрянули. Дракон опустился за монастырскими воротами — тёмный, золотоглазый, с крыльями, которые закрыли половину неба.

Рейнар вернул человеческий облик уже на бегу.

— Элина!

Она не обернулась сразу.

Не потому, что не слышала.

Потому что смотрела на пекарню.

На свой дом, который горел.

Рейнар остановился рядом.

Лицо его было страшным от сдержанной ярости. На рукаве копоть, волосы растрёпаны ветром, в глазах — драконье золото.

— Кто внутри?

— Никто, — сказал Кир, подходя к ним. — Проверил нижний зал и кухонную комнату. Второй этаж отрезан дымом. Главная печь держит огонь вокруг себя, но боковая стена горит. Если крыша пойдёт внутрь, весь зал потеряем.

— Отойдите, — сказал Рейнар.