Книга Как превратить кота в дракона, страница 14 – Лиззи Голден

Он сказал «справедливо», глядя ей в глаза. Не мне.

Меня он в упор не замечает. Как будто с того самого момента, как он услышал от незнакомки фразу «я ваша дочь», я для него перестала существовать.

Я отступаю на шаг, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Он верит ей.

А я… кто же я? Которая растила с ним розы на маминой могиле. Которая была рядом в горе и радости, проводила с ним бессонные ночи в мастерской, помогая сделать работу в срок, чтобы на завтра прилавок был полон изделий. Я, чьи руки покрыты такими же, как у него, мозолями от работы с деревом…

Кто же я для него теперь?

Он по-прежнему меня не видит. Все смотрит и смотрит на призрака в кресле с дрожащими губами и слишком блестящими глазами, как будто кукольными… она словно неживая. Ее будто нет, хотя вот она, перед нами, говорит и дышит…

Я ее ненавижу. Просто ненавижу.

Кот, все так же сидящий на ее коленях, вдруг потягивается, выгибая спину и привлекая мое внимание. Его желтые глаза теперь смотрят на меня и кажется, он будто все понимает и сочувствует мне.

Просто кажется. Это всего лишь кот. Вряд ли он осознает, что только что моя жизнь раскололась напополам, и пропасть с каждой секундой становится все шире, отдаляя от меня прошлое, в котором все было привычно и понятно.

— Хлоя. ― Отец наконец обращается ко мне, и в его глазах я вижу мольбу. ― Ты же понимаешь…

Нет. Не понимаю.

Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони, но боль не может затмить другую, гораздо более острую.

— Делай, что считаешь нужным. ― Мой голос теперь ровно звучит, а внутри я чувствую пустоту.

— Ну, Люсьен… ― цедит сквозь зубы мачеха, которая только сейчас обрела дар речи.

А я фыркаю. Прекрасная реакция, не так ли? И у меня, и у Матильды. Мы обе ― как два тюфяка. Творится произвол, а мы ничего не делаем. Ладно, еще я, но… мачеха? Спокойно впускает в свой дом незнакомую девушку, еще одну нахлебницу. Как все это понимать?

— Всего лишь несколько дней, ― повторяет отец. Незнакомка в кресле благодарно всхлипывает, кот громко урчит.

Кажется, этот мир полностью свихнулся. И мы вместе с ним в придачу.

Хлоя

Вечер. Я сижу в своей комнате, пытаясь осознать все, что произошло со мной за какой-то один день.

Сначала мачеха наорала на меня из-за испорченных блюд ― как будто это я, а не она была виновата. Потом приказала убраться до вечера из отчего дома. Потом пришел сосед со своими угрозами и просьбо-приказами, а еще золотом, которое я ему все еще не отдала ― пусть сам приходит и забирает, больно надо за ним бегать. А потом… случилось самое обидное и даже страшное, чего я не ожидала и даже подумать не могла, что это возможно.

Меня попросту вычеркнули из рода Рейли. Вот так, одним махом. Отец сразу согласился, как будто ждал этого момента всю свою жизнь. Может, эта таинственная незнакомка владеет гипнозом? Вон, даже мачеху заколдовала, та почти не сопротивлялась, что на нее не похоже.

Отец ввез девушку, которая назвала себя Серин, в наш двор, а потом мачеха все-таки уперлась рогом, когда он направился вместе с креслом-каталкой к дому.

— Только не кот! ― категорично заявила она. ― Запрещаю! Не нужны мне эти разносчики глистов, сколько раз повторять…

— Без Марсика… нет! ― Серин судорожно вцепилась в кота, который жалобно мяукнул и съежился, прижав ушки. Честно говоря, мне в этот момент стало ее жаль, несмотря на то, что на душе было гнусно и хотелось всеми силами избавиться от этой «налетчицы». ― Никуда без него не пойду… ― продолжила она, прерываясь и шумно дыша. ― Он единственный, кто у меня остался!