Книга Измена. Плата по счетам, страница 96 – Ирина Манаева

— Прости, что я стала Сирин, — напоминаю ей о сказках, которые она читала нам обеим на ночь. Сирин и Алконост — райские птицы-девы в славянской мифологии, и одна из них — предвестница печали и тоски. Совсем как я сейчас.

Мать сидит на диване, и будто в миг постарела.

— Надо устроить похороны.

— Пока нельзя, идёт расследование, нам её просто не отдадут.

И она принимается реветь белугой, причитая, что не по-людски это.

Говорить о том, что меня подозревают, — не хочу. Да и надеюсь, что следователь найдёт настоящего убийцу в ближайшее время, а не станет притягивать за уши имеющиеся факты.

— Мне пора ехать, Лиза возвращается. Ты как?

— А как чувствует себя мать, когда погибает её дочь? — спрашивает с апломбом, словно в этом есть моя вина. Оказывается, она так и считает. — Это ты не защитила сестру, когда она в тебе так нуждалась.

— Мам, — пытаюсь её остановить.

— Ты воротила нос, когда у неё были проблемы.

Сдерживаюсь, чтобы не ответить, как следует. Она просто зла, и пытается сбросить на меня негатив, который больно распирает внутренности.

— Ты не имела права выбрасывать её из своей жизни, вы же родные!

— Я не причастна к её смерти, мама. И не рушила её жизнь, как она мою. Жаль, что и тут она младшая, а потому следует её жалеть. За всё надо платить, и за своё предательство она заплатила моим безразличием. Но я и пальцем не трогала Улю. Не вешай на меня всех собак. А следить, что она делает, и охранять ото всего — не нанималась.

Мы говорим ещё какое-то время, и я капаю ей успокоительного в ложку, дожидаюсь, пока она пьёт.

— Может, переедешь на время ко мне?

— Оставь меня, я хочу побыть одна, — она лежит на диване, отвернувшись от меня. А время говорит о том, что следует ехать на вокзал.

— Я позвоню, — обещаю, выбираясь из квартиры, и закрываю её собственным ключом. Я бы осталась, но она упряма. Если сказала, что хочет быть одна, так оно и есть.

— Как всё прошло? — интересуется Владимир, помогая забраться в машину.

— Прошло, — лишь отвечаю. И он понимает — разговор лучше закрыть.

По пути заезжаем в магазин, и Владимир покупает для Таи подарок от меня. Надо же порадовать внучку.

Лиза выглядит посвежевшей и такой красивой, что даже не сразу узнаю её.

— Здравствуйте, — скромно улыбается, а я приглашаю её обняться. Тае вручаем набор опытов. Она с интересом рассматривает коробку, сидя в машине, пока направляемся в новую квартиру.

— Как отдохнули? — интересуюсь, обращаясь к Лизе.

— Спасибо за такую возможность, впервые была в подобном месте, как и Тая.

— Но не в последний, — обещаю.

Оказываемся в квартире, и Владимир оставляет наедине. Мне даже не нужно просить, он понимает без слов. Затаскивает вещи невестки и уходит, но я знаю, что будет ждать внизу.

— Инга Андреевна, — начинает Лиза после того, как я устроила экскурсию им с внучкой. — Как там Ростислав?

Вижу, как напряглась, как горят глаза от того, что произнесла его имя, как ждёт новостей, потому что неимоверно скучает. Да, она исполнила то, о чём я просила, но нельзя забыть по щелчку.

— Я не видела его, Лиза, — честно признаюсь, и вижу испуг на её лице. — Не волнуйся, он…, - на мгновение раздумываю, как назвать Жарова, — со своим дедом. Помогает ему.

— С кем? — не понимает она.

— С Андреем Жаровым, который доводится ему дедом.