Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 123 – Виктория Рогозина

Наряд был глубокого тёмно-зелёного цвета, как лес в полумраке, где между кронами едва пробивался свет. На ткани ярко выделялась золотая вышивка, изображающая могучие деревья с запутанными корнями, и птицы Сирин с их гордыми крыльями, сверкающими серебром. Каждая деталь в вышивке напоминала о древних легендах — узоры на рукавах были настолько мелкими и изящными, что они казались сотворёнными магией, а по подолу рассыпались цветы, похожие на звёзды, распустившиеся под покровом ночи.

Злата осторожно разложила сарафан на широкой деревянной скамье, старательно расправляя каждую складку, как будто прикасалась к самому Лукоморью. Ткань мягко переливалась в свете утреннего солнца, пробивавшегося через небольшое окно, и я невольно залюбовалась этим великолепием. Сарафан был не просто одеждой — он был символом моего происхождения, моей силы и цели. Его богатая вышивка рассказывала историю о моей царской крови и напоминала мне о том, что я здесь не случайная гостья.

— Госпожа, — прошептала Злата, её голос дрожал от волнения. — Я выбрала этот сарафан для вас. Он отражает ваше величие... и вашу мощь.

Я медленно подошла к наряду, чувствуя, как сердце застучало чуть быстрее. Провела рукой по бархатистой ткани, ощущая её прохладу и вес. В каждом стежке чувствовалась забота и мастерство, как будто это не просто платье, а доспех для нового дня, полного опасностей и испытаний.

— Прекрасно, — сказала я с мягкой улыбкой, заметив, как Злата прижала руки к груди от радости. — Ты сделала правильный выбор.

Я знала, что в этом сарафане должна предстать перед Кощеем Бессмертным, а значит, всё было важно: каждая нитка, каждая деталь. Я должна была выглядеть так, чтобы он не сомневался в моей власти и происхождении, чтобы он помнил, что перед ним стоит не просто невеста, а царевна, которая намерена диктовать свои условия.

— Поможешь мне? — мягко спросила я у Златы, заметив её готовность услужить, как она кивнула и бережно принялась помогать мне облачиться в этот великолепный наряд.

Ткань, мягко скользящая по телу, обвивала меня, как шелковая сеть, и я почувствовала, что готова к новому дню, полному интриг и испытаний.

В дверь раздался негромкий стук. Злата напряглась, замерев рядом со мной, как будто догадывалась, кто стоит за ней. Я лишь слегка повернула голову, и дверь тихо приоткрылась. Вошёл Кощей Бессмертный — величественный, словно сама ночь. Его черное одеяние на этот раз напоминало доспехи, но мягкие, гладкие, словно ткань сливалась с его телом. В глазах, холодных и проницательных, читалось что-то первобытное, древнее.

Злата быстро опустила голову, как будто стараясь сделаться незаметной, но Кощей одним движением руки жестко приказал:

— Оставь нас.

Голос его был негромким, но весомым, словно камень рухнул в тишину комнаты. Чернавка кивнула и, не смея поднять глаза, поспешно покинула помещение, оставив меня с Бессмертным наедине.

Он подошёл ближе, его шаги были тихими, почти бесшумными, как будто он не касался земли. Кощей окинул меня долгим, изучающим взглядом, медленно пробежав глазами по каждой детали моего наряда. Его тонкие губы слегка растянулись в улыбке, но в этом жесте было больше восхищения и одобрения, чем настоящей теплоты.

— Ты великолепна, — произнёс он низким голосом, словно заключая в этот комплимент нечто большее, чем просто восхищение внешностью. — Этот сарафан… тебе очень идет.