Книга Хозяйка каланчи, страница 69 – Адель Хайд

Князь Константин сидел в кресле. В руке у него была сигара, в другой пузатый бокал, в котором плескалась янтарная жидкость.

— Я слушаю, — сказал он, не предлагая садиться стоящему перед ним Алексею Алабину.

— Надо менять план, Костя, — довольно фамильярно сказал Алабин и сам уселся в кресло.

— Что не так с текущим? — спросил князь.

Он отхлебнул из пузатого бокала, немного поморщился. Всё же дербентский напиток был слегка резковат по сравнению с французским.

— Что не так? — повторил князь свой вопрос.

Алабин рассказал то, что видел:

— Девчонка приняла источник.

— Ты ничего не путаешь? — в голосе князя было сильное удивление, — сколько ей двенадцать?

— Её четырнадцать лет, — ответил Алабин, — и нет, я не путаю, я видел. Она вышла из каланчи, и у неё полностью замкнутый, сильный энергетический контур. Как у взрослых огнедержцев.

— Но такого не может быть! — князь Ухтомский в сердцах резко поставил бокал на стол. Тот треснул на две половины, и коричневая янтарная жидкость полилась по стеклянной поверхности стола.

Дымящаяся сигара в другой руке сломалась пополам.

— Как вы это допустили?! — спросил он, сжимая кулаки.

— Роковая случайность, мы не успели забрать её раньше. Но вы же знаете, что огнедержец с нестабильной магией может притянуть пламя. Видимо, поэтому сегодня пламя вышло в школе на Новой Слободе. Пожарская... — он замялся, — она его... остановила.

— А как она оказалась в каланче? — спросил князь Ухтомцев.

— Потом, после того, как справилась с пламенем, она попала в каланчу. И на фоне истощения ей удалось принять источник.

— И как она с истощением попала в каланчу? Ей помогли? Кто?! — в гневе спросил князь Константин.

Алабин решил, что всё равно надо сказать, потому что князь всё равно узнает.

— Мой сын.

— Сын?! — удивился князь. — У тебя есть сын?

— Признал его недавно.

— Молодец, — с сарказмом усмехнулся князь Ухтомский. — С такими соратниками и врагов не надо.

На мгновение князь прикрыл глаза, словно пытаясь успокоиться, а когда открыл, то голос его уже звучал ровно:

— Ну что ж, если действительно так оно и есть, то нам нужен новый план. Понятно, что теперь Дарью Пожарскую тебе не заполучить. Но надо поставить Давыдову условия, что она должна выучиться в общей школе, чтоб он её не прятал. А значит, нужно, чтобы кто-то наблюдал. Вот твой сын её в каланчу оттащил, пусть он и наблюдает.

Алабин кивнул и уже без всякой фамильярности сказал:

— Хорошо, ваше сиятельство. Сделаем.

* * *

Тем же вечером. Дом графа Алабина в Подмосковье

— Что значит «ты не согласен»?! — прорычал Алабин-старший на Льва Алабина, своего сына, которого он действительно признал недавно и перевёз из деревни в Москву.

— Тебя приняли в род, тебе дали возможность обучаться, ты можешь встать на уровень с другими в роду Алабиных! Но для этого тоже надо работать. И твоя работа, следить за Дарьей Пожарской.

— Но... — начал было молодой Алабин.

— Я тебя не спрашиваю! — резко оборвал его старший. — Я говорю: ты делаешь. Только так ты продолжишь ходить в школу. И будешь за ней следить.

Младший склонил голову, чувствуя, как давит сила отца. Но всё же спросил:

— Зачем за ней следить? Что я должен увидеть?

— Любое изменение в потенциале, в силе, в потоках — во всём. Доклады. И, желательно вам стать друзьями.