Книга Хозяйка каланчи, страница 132 – Адель Хайд

— Не переживайте, Анастасия Филипповна, — сказала я. — Там граф Давыдов и цесаревич, так что всё будет хорошо. Вот вы мне лучше скажите, — и я обернулась и прямо взглянула на Льва, — какими судьбами здесь оказался Лев Алексеевич?

— Дарья Николаевна, — неожиданно вмешался в разговор Лев Алабин, — давайте лучше я сам вам поведаю.

Я вздохнула, ведь помнила же, что Лев рискнул многим, когда помог мне пробраться в каланчу. Но в то же время он оставался наследником рода Алабиных, а это на него многое накладывало, и, я не понимала, нужно ли его вести в имение Вяземского. А ну как вслед за ним нагрянет дружина старшего Алабина? А я не знаю, встанет ли Вяземский на нашу защиту или откроет им ворота, отдавая нас на растерзание.

— Дарья Николаевна, я более не наследник, — неожиданно сказал Лев.

А вот это была весьма интересная информация, особенно в свете того, что у Алабина не было других наследников мужского пола. И тут я вспомнила, как супруга старшего Алабина с энтузиазмом помогала мне сбежать и, похоже, она же и поощряла Льва мне помогать. А я ещё задавалась вопросом: с какой целью она это делает?

— Дайте угадаю, Лев Алексеевич, — сказала я. — Вы более не наследник, но продолжаете ли вы входить в род Алабиных.

— Пока да вхожу в род, вы правы, но более не на правах наследника, и не просто так, а меня отлучили через источник, — и прозвучало это горько.

— А кто же теперь наследует Алексею Ивановичу?

— Старшая дочь, — сказал Лев Алабин и грустно улыбнулся.

И я поняла, что он тоже знает, как всё на самом деле произошло, и кто этому поспособствовал. Оставалось только удивляться, насколько продуманно поступила «ледяная дева» — супруга Алексея Алабина. Ясно же, что ей признанный бастард костью поперек горла был, но ведь ни взглядом, ни словом не показала, но всё сделала, чтобы своей дочери дорогу освободить.

— Вот уж не знаю, — сказала я, — посочувствовать вам или порадоваться за вас.

Лев тяжело вздохнул.

— Знаете, Дарья Николаевна, это очень тяжело, когда разрыв наследной связи идёт от источника, как будто бы ты дома был и магии было у тебя столько, что черпай не исчерпаешь, а потом раз и тонкий ручеёк, чтобы не помер от жажды.

Лев вздохнул, и добавил:

— Но я думаю, что это было необходимо, сам бы я не смог отказаться, хотя и хотел, после того как узнал. Помните, я говорил вам, что хотел рассказать кое-что...

Он не успел договорить, как и в тот раз тогда, до моего побега, потому что дверца кареты распахнулась и в проёме возник Аверьян.

— Ну что, всё выяснили? — спросил наследник рода Вяземских.

— Да, Аверьян Аркадьевич, выяснили всё, — сказала я, полагаю, что у нас со Львом будет время всё обсудить, — так что можем ехать.

— Вот отлично.

Аверьян слегка отвернулся, а когда повернулся снова, в руках у него был бумажный пакет, из которого просто невыносимо вкусно пахло жареными пирожками. Я почувствовала, как проголодалась, и, судя по тому, как заурчало в животе у сидящего напротив меня Льва, проголодалась не только я.

Так мы и поехали, весело, с пирожками, и без всяких происшествий достигли имения Вяземского. Никто за нами не гнался, то ли, потому что охрана была большая и никто не осмелился связываться с военными в форме с родовыми знаками Вяземских, то ли нам везло и пока никто не знал, что мы здесь, в Новгороде.