Книга Хозяйка каланчи, страница 129 – Адель Хайд

И переодеться желательно в мальчика, потому как все будут искать девочку.

Выйдя из спальни, в небольшом предбаннике я сразу наткнулась на спящую служанку. Будить её было жалко, спала женщина сладко, и, видимо, пока просыпаться не собиралась. Но бродить по дому одной было бы по меньшей мере глупо, особенно в родовом имении, да ещё в имении мага с противоположной магией, потому как на разное можно наткнуться.

Слуги наверняка носили какие-то амулеты или были под родовой клятвой служения, чтобы беспрепятственно проходить внутри дома. Как правило, родовые дома строили по принципу возможного нападения, и, если такое нападение происходило, то врага встречала родовая защита. Это я вычитала в книге, описывающей родовые особенности двенадцати древних семей.

Служанка, надо отдать ей должное, проснулась быстро, только пару секунд пожмурилась и зевнула.

— Чего изволите, барышня? — спросила она.

— Мне нужно переодеться, — сказала я.

— Одежду вашу всю вчера перестирали, сейчас я за ней сбегаю и принесу.

— Нет, мне нужно переодеться в мужскую одежду, — добавила я и спросила, — как тебя зовут?

— Дуня я, — сказала женщина, которая мне в бабушки годилась, поэтому я просто не смогла назвать её просто Дуняшей.

— Евдокия, мне нужно переодеться в мужскую одежду. Есть ли в доме одежда для мальчика, чтобы на мой размер?

Служанка прищурилась, помолчала.

— Найду, — сказала она, потом посмотрела на меня, на косы. — И шапка вам нужна.

— Шапка тоже, — подтвердила я и улыбнулась, радуясь, что мы друг друга поняли.

Служанка куда-то убежала, а я пошла умываться и ждать.

Вскоре Евдокия вернулась и действительно принесла одежду на мальчика подростка, не просто чистую, а новую. Она всё же была мне слегка великовата, но кто в самом деле обращает внимание на подростка? Тем более что все знают, что подростки растут быстро, и родители одежду часто покупают на вырост. Тем более что одежда явно была не богатая, хотя и добротная.

— Откуда такая красота? — спросила я.

— Так, когда Аверьяна Аркадьевича привезли, он же аккурат как вы ростом был, может быть чуть-чуть повыше, и с ним целый сундук одежды, новая, не ношенная. Да только Аристарх Григорьевич запретил, распорядился, чтобы всё по новой для княжича пошить. А насчёт этой одежды не распорядился, и я её в кладовку и убрала.

— Ты молодец, Евдокия, — похвалила я.

Евдокия зарделась. А я подумала, что надо бы её наградить, и достала из кармана серебряную монетку. Но она, грустно улыбнувшись, отказалась.

— Нельзя нам барышня.

И я вспомнила, что клятва, которую слуги приносят роду, включает и служение, и защиту от того, чтобы через чужого человека к роду кто-то проник или навредил, например, посредством денег. Поэтому деньги они брать не могут, иначе рука отсохнет. Ну, не знаю, насколько это было правдой, во всяком случае, монетку я убрала обратно.

Шапки Евдокия принесла две, одну большую, да мне тёплую одевать не хотелось, всё же снаружи было ещё не так холодно, и я выбрала картуз, по размеру он был мне великоват, зато в него весьма хорошо спрятались мои две косы, и я, стоя перед зеркалом, сама себя с трудом узнала.

Попросила Евдокию проводить меня вниз, там ещё никого не было, и я какое-то время там походила, постояла, а когда уже собралась идти искать Аристарха Григорьевича, по лестнице спустился Аверьян.