Книга Хозяйка каланчи, страница 122 – Адель Хайд

— Меня примет, — уверенно заявил цесаревич. — Вот только добраться бы до него.

Я попеременно смотрела то на графа Давыдова, то на цесаревича, не понимая, о чём они вообще.

Но потом мне объяснили.

Оказалось, что под Новгородом есть поместье князя Вяземского. Он ледовей, один из сильнейших.

Примерно десять лет назад поссорился со всеми, включая императора и уехал из столицы, заперся в своём поместье, и никого не принимает с того времени.

— А он не может быть связан с заговором? — спросила я. — Вдруг именно у него в плену огнедержец?

Но граф Давыдов и цесаревич отмахнулись:

— Нет. Князь Вяземский по-другому устроен, Дарья Николаевна.

Ну, кто я такая, чтобы с такими умными спорить. Если сказали, что нет, значит, нет.

* * *

Теперь нам нужно было вытащить в Новгород Алексея и тётку, которые находились в Москве, у Маши в имении, да и самим не попасться, добравшись туда.

Единственным вариантом безопасного перемещения для нас оставались порталы. Но портальные артефакты вещь штучная, и рассчитаны на определённый вес. Поэтому тратится энергия в них быстро, а заряжаются они долго.

Поэтому мы связались с Машей и попросили её организовать, чтобы тётушка вместе с сыном приехали в Новгород на поезде, и чтобы непременно ехали первым классом, чтобы Алёшу никто не разглядел.

Маша, обрадовавшись, что я позвонила и, что Денис Васильевич выздоровел, расстроенным голосом сказала, что ей тоже нужна помощь, потому что пришла бумага из императорской канцелярии, в которой было указано, что если она не произведёт выплаты по договору в ближайшие две недели, то на имение могут наложить арест.

Я подумала: «Надо же! Какие талантливые заговорщики, всё и везде успевают». И пообещала Маше помочь, ну, а что я могла ещё сделать, здесь бы нам выжить, а потом разберёмся.

Мы с цесаревичем планировали перейти в Новгород с помощью одного портального артефакта, а Денис Васильевич отдельно другим. К сожалению, охрану взять не могли, да и с охраной будет сложнее скрываться.

А скрываться пока было необходимо, и граф Давыдов даже отговорил цесаревича прямо сейчас в столицу возвращаться, потому что всякое могло случиться.

— Александр Николаевич, — сказал граф, и я была с ним совершенно согласна, — они долго готовились, и представьте себе, что теперь, когда они в шаге от своей цели, появляетесь вы и стараетесь их убедить, что всё не так. Но они же лучше вас знают, что всё не так. Поэтому устранят и скажут, что так и было.

И когда мы уже собрались и спустились в портальный зал, пришёл глава охраны графа Давыдова и сообщил:

— Дом осаждён, Денис Васильевич. Что делаем? Держим оборону?

— Да, Виктор, — грустно улыбнулся граф. — Держите оборону дня два, пусть думают, что мы здесь.

Виктор кивнул:

— Не извольте беспокоиться, Денис Васильевич, сделаем.

Давыдов нахмурился:

— Но до кровопролитства не доводите.

— Обижаете, Денис Васильевич, — скупо улыбнулся глава охраны, — мои ребята профессионалы.

Ну, вот на этой радужной ноте мы вошли в портальный переход.

Вышли мы за городом, здесь, в отличие от серого осеннего дня в Петербурге, светило жёлтое осеннее солнце. Воздух был насыщен запахами осени вперемешку с ароматом сладкой сдобы. Сразу заурчало в животе, как захотелось булочку. Я удивлённо оглянулась и не увидела поблизости никаких кондитерских, мы вообще стояли в чистом поле.