Книга Кофейня для графа-отшельника, страница 54 – Фиона Сталь

— Но как это показать? — Аларик выглядел растерянным. Он привык к четким инструкциям, а здесь все было очень эфемерно. — Как измерить искренность?

— А ее не нужно измерять, — я поставила перед ним чашку с чаем, в который добавила листик лунной мяты для ясности мыслей. — Ее нужно просто проявить. Наш праздник… это и будет наше доказательство.

— Но что конкретно мы должны сделать? — он все еще нуждался в плане. — Должен быть какой-то кульминационный момент. Какой-то жест.

— Должен, — согласилась я. — И мы его найдем.

Наши поиски превратились в совместную работу. Днем я была в городе, превращая мечты горожан в реальность, а вечерами мы с Алариком запирались в библиотеке. Он отыскал другие старые книги: сборники легенд, травники, календари старых обрядов.

Наша работа стала похожа на детективное расследование.

— Анна, посмотрите! — говорил он, подвигая ко мне книгу. — Здесь говорится, что в ночь праздника нужно зажечь «огни надежды», чтобы осветить духу путь обратно.

— Тыквенные фонари! — тут же восклицала я. — Мия говорила, что они волшебные!

— А здесь… — он листал другую книгу. — Здесь упоминается «общий котел», из которого должен поесть каждый, чтобы разделить общую судьбу.

— Главный Пирог! — подхватывала я. — Клаус и Эрих рассказывали о нем!

Это было невероятно. Мы не просто читали книги. Мы разговаривали. Спорили. Смеялись, когда находили особенно забавное суеверие. Я рассказывала ему о том, как продвигаются дела в городе, а он делился со мной своими находками. Он перестал быть для меня просто графом. Он стал Алариком. Моим другом.

Однажды вечером, когда мы уже совсем выбились из сил, я принесла нам ужин прямо в библиотеку. Я испекла простой картофельный пирог и заварила чай. Мы сидели на полу у камина, как два студента, готовящиеся к экзамену, и ели прямо с тарелок, поставленных на стопку книг.

— Знаете, — сказала я, нарушив молчание, — в моем мире тоже были праздники урожая. Они назывались по-другому, но суть была та же. Люди собирались вместе, радовались тому, что у них есть, и благодарили… кто кого. Кто Бога, кто природу. Шашлыки ели, вкусно!

— У вас тоже есть… духи? — спросил он с любопытством.

— Нет, — я улыбнулась. — У нас есть наука. Она объясняет, почему идет дождь и почему растет пшеница. Но… знаете, иногда мне кажется, что от этого мир становится только скучнее. Иногда так хочется верить, что за красотой заката стоит нечто большее, чем просто рассеивание света в атмосфере.

Он смотрел на меня вскинув брови от удивления.

— Вы вернули в мой мир веру в чудо, Анна. Даже если у нас ничего не получится с праздником… вы уже сделали очень много.

— Получится, — сказала я уверенно. — Теперь, когда мы знаем, что ищем, мы обязательно найдем!

С того вечера, как мы с Алариком нашли ключ к разгадке в старинных книгах, наши туманные мечты о празднике обрели четкий план. Оставалось только воплотить его в жизнь.

— Анна, дорогая, посмотри! — Фрида, жена пекаря, влетела ко мне с охапкой ярких лоскутов. — Я нашла на чердаке старый сундук моей бабушки! Тут хватит на сотню лент для гирлянд!

— А я принес бутафорские тыквы! — пробасил кузнец Бьорн, вкатывая в зал две огромные, оранжевые, как заходящее солнце, тыквы. — Не такие, как в старину, конечно, но для фонарей сгодятся!