Книга Кофейня для графа-отшельника, страница 46 – Фиона Сталь

— А зачем, по-твоему, я сюда пришла? — хмыкнула она. — Вижу, что ты стараешься. Вижу, что сердце у тебя на месте. Но одной интуиции мало, чтобы разбудить этот сонный город и его проклятого графа. Тебе нужна помощь.

— Я буду самой прилежной ученицей! — пообещала я.

— Увидим, — она отхлебнула чаю. — Уроки начнем завтра. На рассвете. Встречаемся у старого дуба на выходе из города. И надень крепкие ботинки. Ходить придется много.

На следующий день я впервые за долгое время покинула замок и город не ради работы, а ради учебы. Элиза ждала меня у огромного, раскидистого дуба.

— Готова, дитя-искра? — спросила она вместо приветствия.

— Готова!

И она повела меня в лес. В тот самый лес, в котором я когда-то очнулась. Но сейчас он не казался мне враждебным и пугающим. Под руководством Элизы он превращался в огромную, живую кладовую, полную чудес.

— Смотри, — говорила она, указывая на невзрачный кустик с мелкими синими ягодками. — Это не просто черника. Это черника-полуночница. Ее собирают только в полнолуние. Если добавить ее в выпечку, она дарит вещие сны.

Она показывала мне травы, которые успокаивают, и травы, которые, наоборот, будоражат кровь. Коренья, дающие силу, и цветы, навевающие грезы. Она учила меня отличать их по запаху, по форме листьев, по тому, как они отзываются на прикосновение.

— Каждое растение имеет свой голос, — объясняла она. — Тебе нужно лишь научиться слушать. Не ушами. А сердцем.

Это было сложно. Сначала я не видела разницы между десятками видов мха, не чувствовала разницы в ароматах похожих друг на друга листьев.

— Не торопись, — говорила Элиза. — Закрой глаза. Протяни руку. Что ты чувствуешь?

Я закрывала глаза, протягивала руку к очередному растению и пыталась прислушаться. И постепенно, очень медленно, я начала чувствовать. От одного цветка исходило спокойное, умиротворяющее тепло. От другого — колкое, игривое покалывание. Третий, казалось, гудел от скрытой в нем силы.

— Вот, — одобрительно кивала Элиза, когда я правильно угадывала «настроение» растения. — Начинаешь понимать.

Самыми удивительными были два растения, о которых она рассказала мне в самом конце нашей первой прогулки.

Она привела меня на небольшую поляну. В самом ее центре рос невысокий куст, усыпанный гроздьями ярко-оранжевых, почти светящихся ягод.

— А вот и она, — с благоговением произнесла Элиза. — Солнечная рябина.

Я подошла ближе. Ягоды, казалось, излучали тепло. Они были похожи на крошечные, пойманные в ловушку капельки солнца.

— Она вбирает в себя весь солнечный свет, который достается нашей земле, — объясняла Элиза. — Каждая ягодка — это концентрат радости и тепла. Это самое сильное средство против уныния и тоски. Но использовать ее нужно осторожно. Слишком много солнца может и ослепить.

Потом она повела меня в самую темную, сырую часть леса, в низину, где почти не было света. Там, у подножия замшелого валуна, росли кустики с темно-зелеными, почти черными бархатными листьями.

— А это — ее сестра-противоположность, — прошептала Элиза. — Лунная мята.

Я наклонилась и дотронулась до листка. Он был прохладным и шелковистым на ощупь. От него исходил тонкий, едва уловимый аромат, в котором смешались запахи ночных фиалок, озона и холодной воды.

— Она растет только в тени, — продолжала травница. — И вбирает в себя свет луны и звезд. Она не бодрит. Она успокаивает. Проясняет мысли, помогает заглянуть вглубь себя, найти ответы на сложные вопросы. Она для тихих раздумий и мудрых решений.