Книга Хозяйка запущенной усадьбы, страница 88 – Фиона Сталь

Я шагнула вперед. Усталость как рукой сняло. Осталась только холодная решимость и четкость мысли. Я положила толстую папку на стол перед графиней.

— Ваша светлость. Сэр Кадвал, ваш вассал, объявил нам войну. Грязную, подлую войну. И последняя его атака — поджог ветряной мельницы в Ольденхолле, построенной с вашего благословения и ставшей символом процветания ваших земель. — Я открыла папку. — Вот доказательства его преступлений, накапливающихся месяцами. Потравы на спорных землях — свидетельства старост, оценка ущерба. — Я выложила листы. — Умышленная порча имущества — клевета, распространяемая его людьми, показания жителей. — Еще стопка. — Хищение имущества — пропажа шерсти, предназначавшаяся барону Седрику. — Я посмотрела графине прямо в глаза. — И вот — поджог. Умышленный поджог ценного объекта. Схвачен с поличным один из поджигателей — наемник. Он дал показания. Вот они. Заверены мной и бароном Седриком, есть ещё свидетели. И вот — плата наемнику.

Я выложила последние листы и кошель с монетами. На столе перед графиней выросла стопка неопровержимых улик. Графиня Лорвик медленно подняла голову.

— Где наемник? — спросил она тихо, но так, что мурашки побежали по коже.

— Под стражей внизу, ваша светлость, — ответил Годфри.

— Привести, — приказала графиня. — Сейчас же.

Наемника ввели. Он дрожал как осиновый лист. Графиня не стала его допрашивать. Она просто указала на него пальцем, глядя на капитана стражи.

— В темницу. — Потом она встала тяжело опираясь на кресло. — Барон Кадвал. Мой вассал. — Она произнесла это с ледяным презрением. — Он осмелился напасть на поместье, находящееся под моим личным покровительством. Он сжег объект, приносящий доход моей казне. Он сеял смуту, воровал, клеветал и нанимал убийц. После того, как я лично предупредила его о последствиях. — Графиня ударила кулаком по столу. — Этого достаточно! Созывать суд! Сейчас же! Всех вассалов, кто в радиусе дня пути! Передайте капитану — пусть пошлёт отряд в поместье Кадвала. Доставить его сюда! Силой, если посмеет сопротивляться. Баронесса, барон — будьте готовы представить ваши доказательства суду.

Суд был скорым. Вассалы, сонные и напуганные экстренным созывом, заполнили зал. Кадвала привезли под конвоем. Он был бледен, растерян, но пытался сохранить напускное достоинство. Увидев на столе у графини папку и наемника в кандалах, он побледнел еще больше.

— Барон Кадвал, — голос графини резал воздух. — Вам предъявлены тяжкие обвинения: поджог, хищение, клевета, умышленная порча имущества соседей, уклонение от налогов и организация покушения. Что вы скажете?

Кадвал попытался блефовать.

— Ваша светлость! Это… это навет! Клевета завистников! Эта… эта женщина и ее любовник! Они хотят моих земель! Они подстроили все! Наемник — их человек!

— Молчать! — рявкнула графиня. — Ваши слова — пустой звук без доказательств. Баронесса Ольденхолл, барон Айхендорф — представляйте доказательства со своей стороны. По порядку.

Мы с Седриком встали рядом. Я начала говорить. Четко, холодно, без эмоций. Потравы — вот акты, вот подписи. Слухи — вот свидетели, их показания. Шерсть — вот записи о поставке, вот показания ткачих о пропаже. Седрик взял слово, когда речь зашла о мельнице и наемнике. Его рассказ о пожаре, о тушении, о поимке поджигателя был лаконичен. Он выложил показания наемника и кошель с монетами.