Книга Маркиза ДЭруа, страница 72 – Надежда Соколова

Я покачала головой, чувствуя знакомое легкое раздражение и досаду от собственной беспомощности в этом, казалось бы, фундаментальном для хозяйки вопросе.

— Нет. И, если честно, я даже не знаю, как к этим поискам следует подступиться. Во всех документах, что я обнаружила в кабинете после… своего прибытия, — я тщательно подбирала слова, — ничего подобного нет. Я просматривала описи, старые счета, земельные регистры, переписку — ни единого намека, ни одной случайной ссылки. В книгохранилище я даже пробовала обратиться к магии усадьбы с прямым запросом, но получила в ответ лишь ощущение густой, непроглядной пустоты, словно этого документа никогда и не существовало. Больше, как мне кажется, искать просто негде.

Ричард медленно кивнул, как будто предполагал и готовился к именно такому ответу. Его пальцы легонько постучали по полированной поверхности стола.

— Я допускал нечто подобное. Документы такой важности и давности могли быть утеряны во время беспорядков, уничтожены по неосторожности или… намеренно спрятаны вашими предшественниками по каким-то им одним ведомым соображениям. К счастью, — он слегка, почти неуловимо улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики тонкой усмешки, — магия наших домов, как и наши семьи, связана узами старинного соглашения. И по моему приказу она без особого труда отыскала мой экземпляр договора в недрах архивов моего столичного дворца.

Он небрежно, почти лениво щелкнул пальцами. Воздух перед ним на уровне глаз затрепетал, заструился и свернулся, словно нагретый шелк, и в его центре материализовался сверток из плотного пергамента. Он был явно старым — края его были слегка обтрепаны и пожелтели, а чернила на некоторых участках, особенно в вводных параграфах, выцвели до бледно-коричневого, сливаясь с фоном. Но печати внизу документа — фамильная хоругвь Мартанарских, изображающая ту самую башню среди волн, и гордый орел Д’Эруа с распростертыми крыльями — все еще выглядели яркими, четкими и невероятно весомыми, будто отлитыми из расплавленного воска только вчера.

— Вот он, — Ричард мягко, легким движением запястья подтолкнул свиток в мою сторону. Тот не упал, а застыл в воздухе, медленно вращаясь, и от него исходило едва уловимое, теплое свечение, похожее на отблеск далекой звезды в ночи. — Теперь, когда у вас перед глазами есть живой образец, его уникальная магическая сигнатура, прикажите магии вашей усадьбы найти его потерянную пару здесь. Просто сфокусируйтесь на нем. Магия вашего рода, кровь которого течет и в ваших жилах, должна откликнуться на зов его уникальной печати. Это как зажечь один факел от другого.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце заколотилось чаще, а ладони стали слегка влажными. Все это напоминало какой-то странный, древний мистический ритуал, к которому я была совершенно не готова. Я медленно протянула руку, не касаясь парящего свитка, а просто сосредоточившись на нем, на ощущении старой, спящей магии, что исходила от него, словно тихое жужжание. Я представила себе невидимые нити, связывающие этот документ с его пропавшим близнецом, и изо всех сил, позвала свою усадьбу, свои земли, свой новый род — отозваться.

— Усадьба, — произнесла я тихо, но твердо, обращаясь к самому дому, к камням, из которых он был сложен, к памяти, хранящейся в его стенах. — Услышь меня. Я, Светлана Д’Эруа, твоя хозяйка, приказываю тебе. Найди документ, идентичный этому. Покажи мне его.