Книга Маркиза ДЭруа, страница 55 – Надежда Соколова

Жарина, сияющая и довольная тем, что ее не выгнали с порога сразу, бросила на меня благодарный взгляд, в котором читалось неподдельное, почти детское облегчение, и, поймав за руку самого непоседливого из младших сыновей, который уже тянулся к дорогой вазе на консоли, начала медленное восхождение по лестнице, аккуратно переваливаясь с боку на бок и опираясь на перила, каждый ее шаг давался с видимым усилием. Эрика с Дарием воспользовались суматохой и бесшумно исчезли — она, подобрав юбки и бросив на меня взгляд, полный немого укора, в свою комнату, он, вероятно, в библиотеку или сад, подальше от детского гама, его темный плащ мелькнул в дверном проеме и растворился в тени коридора.

В опустевшем холле остались только я, Ричард и дворецкий, который, тяжело вздыхая, уже приходил в себя и шепотом отдавал распоряжения о размещении и питании гостей, его голос был ровным, но в уголках губ залегли глубокие складки усталости. Воздух, густой от запаха пыли и детской потливости, висел между нами тяжелым покрывалом. Я не решалась посмотреть на Ричарда, чувствуя на себе вес его молчаливого взгляда, ожидая едкой ремарки, холодного вопроса или просто уничтожающего презрения. Тишина после недавнего хаоса была оглушительной.

— Позвольте провести вас, найра Светлана, — произнес Ричард с легким, но понятным намеком в голосе и галантно подал руку. В его глазах читалось сочувствие, смешанное с изумлением, будто он только что стал свидетелем природного катаклизма, облеченного в человеческую форму.

Я приняла его руку, чувствуя, как под бархатом его рукава напряжена твердая мускулатура, и тепло его ладони стало неожиданной опорой в этом хаосе. Мы неспешно зашагали по широкой лестнице следом за удаляющимся гомоном, и каждый наш шаг отдавался гулким эхом в наполненной суетой прихожей.

— Они надолго здесь? — задумчиво, глядя перед собой, уточнил Ричард, и в его обычно уверенном голосе я уловила легкую, едва слышную трещинку.

— Понятия не имею, — честно ответила я, прислушиваясь к топоту и возне на втором этаже, где, судя по звукам, разворачивалось настоящее сражение за расселение. — Жарина у меня раньше с таким… эскортом… не гостила. Но, зная ее манеры, думаю, минимум на сутки. Чтобы как следует отдохнуть, отмыть детей и запастись провизией в дорогу, не постеснявшись прихватить с собой половину моих кладовых.

— Минимум? — в голосе Ричарда и правда послышались отдаленные, но вполне различимые нотки паники, которые он тщетно пытался скрыть под маской светского равнодушия. — Вы меня пугаете.

Я только хмыкнула про себя, сжимая его руку чуть сильнее.

«Привыкай, милый. У меня много родни. И вся она, как на подбор, — бесцеремонные люди, видящие в моей усадьбе бесплатный постоялый двор с полным пансионом и возможностью прихватить с собой пару-тройку серебряных ложек "на память"».

Впрочем, усадьба и правда была немаленькой. Эту ораву можно было перетерпеть сутки. А если Ричарду станет невмоготу, он всегда мог воспользоваться своим коронным номером — щелкнуть пальцами и открыть портал прямиком в свой столичный дом, в тишину и упорядоченность его покоев. Мне такой роскоши было не видать, и мне оставалось лишь тушить эти семейные пожары своими силами.

Мы вышли на площадку второго этажа, где царил хаос: слуги бегали с простынями и кувшинами, сталкиваясь на ходу, а из-за одной из дверей доносился возмущенный, требовательный плач Ярочки, смешанный с суетливыми уговорами одной из сестер.